И когда я очнулась здесь, подумала, вдруг мне все приснилось? Вдруг ничего не произошло, они живы и все… просто… привиделось…
Слезы катятся из глаз.
Врач сочувственно накрывает мою руку ладонью, сжимает пальцы.
— Мне очень жаль. Сожалею о вашей утрате. Потерять родителей — это всегда тяжело. В любом возрасте, — говорит он, улыбнувшись одними губами. — Сам полгода назад похоронил маму, отец умер за два года до этого. Когда и мамы не стало, я почувствовал себя одиноким мальчишкой, несмотря на седины. Любите их, пока помните, они живы в вашей памяти.
— Спасибо, — вытираю слезы.
— Сегодня я планирую за вами понаблюдать. У вас травма головы, сильное сотрясение, ушиб позвоночника, смещение позвонков поясничного отдела, возникшее из-за сильного удара. Проконсультировались с коллегами, на данном этапе оперативное вмешательство не требуется, но есть ограничения в движении. Соблюдайте постельный режим. Позднее я распишу программу реабилитации, восстановитесь, будете, как новенькая, — убеждает меня врач. — Пока не рекомендую вставать самостоятельно.
— Я могу увидеться с родными?
— Не сегодня. Если все будет без потрясений, посещение разрешу с завтрашнего дня. Есть близкие, которым надо сообщить о вас?
На ум приходит сначала муж, потом остальные. Братья, сестры двоюродные, может быть, тетя… Подруги кое-какие.
Если убрать в сторону фигуру мужа, о котором думать пока не хочется, из самых близких остаются свекровь с мужем. Но после этой некрасивой ссоры с Матвеем, могу ли я…
— Пожалуй, для начала я хотела бы увидеться с мужем.
«Увидеться с ним и поставить в известность, что хочу развестись…» — добавляю про себя мысленно.
— С этим могут возникнуть некоторые сложности, — немного помедлив, отвечает врач.
В палате повисает гнетущая тишина, я очень хорошо слышу, как мое сердце колотится. Сначала возникает чувство тошноты, когда нехорошее предчувствие подкатывает к горлу комком, потом так же резко спускается в район желудка. Меня немного мутит, с трудом дышу.
Сердце бешено колотится, словно сошло с ума.
Как же быстро оно бьется!
— Вы побледнели, вам нехорошо? — беспокоится врач.
— Немного. С Матвеем что-то случилось?
Не представляю, что могло с ним случиться. Часть меня, обиженная, помнящая, за какой подлой и низкой изменой я его застала, думает, что могло с ним произойти? Застрял в любовнице? Или она на нем так усердно скакала, что у него сердце не выдержало?
Но вид врача, его лицо… как бы намекает, что дело гораздо серьезнее.
— Не молчите, прошу.
