Свекровь бледнеет, переводит взгляд с моего лица на лицо следователя, потом она снова смотрит на меня и шепчет обескровленными губами.
— Если ты оговоришь Матвея… Это будет низко… Низко и очень подло! Потому что он сейчас ни слова в ответ не скажет.
— Послушайте… — говорю с болью в сердце. — Мне очень жаль, но от нашего брака, к сожалению, больше ничего хорошего не осталось. Ни-че-го!
— Я тебе не верю. Ни слова плохого в твой адрес не было слышно от Матвея! Ни одного плохого слова, и вот, нате, здрасьте… Вдруг муж стал плохой! А может… Может быть, все было не так? Куда-то же мчался мой сын посреди ночи! Куда?!
— Мне нечего вам сказать, кроме того, что я уже вам сказала.
— Это все ложь. Матвеюшка очнется… И тебе будет стыдно в глаза ему смотреть!
***
Свекровь уходит, даже не попрощавшись. Самое смешное, что она прихватила с собой даже пакет с фруктами, видимо, решив, что я недостойна…
И смешно, и грустно.
Я отдала этой семье столько своего времени, столько лет жизни посвятила не тому человеку, ухаживала за его родителями, поддерживала их всегда.
И вот чего добилась? Родной так и не стала…
Проходит несколько минут, прежде чем я смогла взять себя в руки и обратить внимание на полицейского. Он стоял со скучающим видом у окна и разглядывал двор больницы. Но я уверена, ему было слышно каждое слово из сказанного здесь и сейчас.
— Еще раз здравствуйте, Лилия. Персонал больницы сообщил, что вы пришли в себя. Наконец-то у нас с вами состоится содержательный диалог, — довольно активно начинает беседу мужчина.
— В полицию о травмах сообщили из больницы. Таков протокол… Тем более, жертва, то есть пациент, в бессознательном состоянии.
Он оговорился, но ничуть не смутился, даже бровью не повел. Такая работа закаляет…
— Вам придется ответить на некоторые мои вопросы. Они могут показаться вам бестактными, но такова наша работа, — говорит он.
У меня из головы не выходят слова свекрови: о том, что оговорить Матвея сейчас — это низко и грязно! Но я не собираюсь на него клеветать и говорить лишнего.
Только сказать правду…
Я ведь хорошо помню его слова, как он отказывался вызывать скорую и не планировал везти меня в больницу. Кто знает, чем бы это могло кончиться?! Если бы не… Семен. Тот еще странный тип. Его поступки вызывают сомнения и вводят в ступор.
— Расскажете, как вы получили эти травмы? — спрашивает полицейский и зачитывает данные с листа, оформленного в больнице при моем поступлении и осмотре…
Глава 16.
