Она крепилась на потолке, стенах пещеры, на столбах, которые как будто держали своды этой стилизованной пещеры. Пол был обложен синей плиткой с восточным орнаментом. Приглушенный свет создавал интимную обстановку, а свечи на стеклянных столиках только усиливали эффект.
Я прошла внутрь, оглядываясь в поисках знакомой высокой фигуры и мне даже показалось, что спина Игната мелькнула впереди. Я пошла в том направлении и оказалась на перекрестье взглядов стайки девушек. Они увидели, что я на них смотрю, тут же склонили друг к другу головы и зашептались.
Видимо, гадают, чья я любовница, хмыкнула я про себя.
Ко мне подошел официант в белом фраке и с подносом, на котором стояли бокалы с игристым напитком. Я с благодарным кивком взяла бокал и сделала глоток. Может, напиток немного поможет мне успокоить волнение. Так с бокалом и все под теми же пристальными взглядами девиц я двинулась вперед, продолжая выискивать взглядом Игната. И оказалась около большого светящегося бассейна. Вода подсвечивалась и создавалось впечатление, что она искрится.
Красиво. Осталось только найти очаг с открытым огнем и образ пещеры станет законченным.
Я стояла и задумчиво смотрела на воду, любуясь сменой цветов. Оказывается, подсветка меняла цвета, поэтому вода становилась то красного, то голубого, то синего, то оранжевого цвета. Может быть, был и еще какой-то цвет, но меня от созерцания отвлек раздавшийся справа громкий смех. Там, в глубине «пещеры» было отведено место под танцевальную площадку. И именно оттуда прозвучал смех.
Смеялась женщина, как-то немного наиграно и одновременно кокетливо.
– Что, тебе слабо? А ведь ты мне обещал этот танец! – сказала она высоким голосом под первые аккорды музыки, полной тягучей страсти. Музыки для танца-страсти, для танца-раскрепощения и который я всегда хотела освоить, но боялась его страстности и открытости перед партнером.
Пара на площадке не боялась ничего. Мужчина крепко прижимал к себе женщину и по их движениям было понятно, что они давно и близко знакомы.
И что танцуют друг с другом не в первый раз. Сейчас эти двое олицетворяли собой настоящих Мужчину и Женщину, некий собирательный образ. То, какими они должны быть на самом деле. Мужчина, без пиджака, в белой рубахе, был воплощением силы, который ведет и подчиняет себе женщину. Женщина, в летящем красном платье с разрезом до середины бедра, мягко отступает и уступает его мужской силе.
Когда-то я прочитала, что танго напоминает хороший секс.
