— Крепкий орешек? — я облизала ложку.
Уваров кивнул:
— У меня нет времени его уламывать. А он упёрся рогом.
— Припирать его к двери и требовать-требовать-требовать не пробовал? — язвинка слетела с моих уст будто сама собой.
Я прикусила кончик ложки, ожидая начала нашей дуэли, но вместо этого услышала, как он фыркнул. Наши глаза встретились — в чёрном взгляде читалось почти искреннее веселье.
— Ты опровергла эффективность этого способа.
Он так думал? А вот мне до сих пор то и дело снилось, как я впечатываюсь лопатками в деревянную створку, а он надо мной нависает и…
Я шлёпнула ложку в ведёрко и прочистила горло:
— У него… у него что, какие-то особые требования?
— Говорит, что отдаст, если я там благотворительность разведу.
— И?
— И я обещал, что не вопрос.
— А он?
— Не верит.
— Хм…
— Мол, на бумаге что угодно можно написать. Сейчас я наобещаю, что детдом там построю, а потом мои юристы всё так провернут, что я в дураках его оставлю.
Выход из положения показался мне очевидным:
— Ну… ты можешь сказать, что твоя жена — из детдома.
А если он не поверит, я сама могу с ним поговорить.
Уваров воззрился на меня так, будто я на латыни заговорила.
— Что? — мне стало неуютно под этим взглядом. — Ну, тут же уже будет личное, верно? И скажи, что мы молодожёны. Он же вообразит, что ты безумно влюблён и хотел бы сделать что-то такое… романтичное. Это же может считаться… ну… романтичным?
Что на меня нашло, я вряд ли тогда понимала. Похоже, Уваров — тоже.
— Это… глупость, — наконец выдавил он из себя.
— И не сработает.
— Ну, — я пожала плечами, чувствуя себя беспросветной дурой, зачем-то полезшей к матёрому дельцу со своими идиотскими советами, — попробовать-то можно. Ничего не теряешь.
Этот невероятно странный разговор сам собою расклеился. Я поспешила вернуть мороженое в холодильник, пробормотала скомканное «Спокойной ночи» и убежала к себе.
Уваров и не подумал меня останавливать. Но спустя пару дней он вдруг безо всякого предупреждения заглянул ко мне в спальню и заявил:
— Завтра к восьми утра жду тебя внизу.
У нас деловая поездка.
— Что? К-какая? — пролепетал я.
— По дороге объясню, — Уваров всё же задержал на мне взгляд и легонько кивнул, будто признавая мою правоту. — Твоя идея сработала.
Глава 33
— Даже не мечтай, — голос Марьянова выдавал, насколько он вымотался. — До этой информации ты сможешь добраться только через его хладный труп.
— То есть…
— То есть мы можем только предполагать. Я с Астаховым вот только с утра говорил.
