Измена. Не прощу твою ложь (СИ)

Потому что сестра – это семья, и она будет у тебя всегда. И вместе вы найдете выход из любой ситуации. Ксюша тебя поймет. Может быть поплачет немного, потому что, скрыв правду, ты дала ей надежду...

- Тогда мы будем вместе с ней плакать, – отвечает моя девочка. – Вместе плакать не так грустно, потому что не чувствуешь, как тебе одиноко.

Я успокаиваю дочку и чувствую себя предательницей. Но как объяснить, что боль от правды может быть такой разрушающей и сильной, что иногда для защиты близких, нужно ее скрыть.

Думаю об этом, и рука, гладящая доверчиво прижавшуюся ко мне Дашку, тяжелеет, а в голову закрадывается нехорошая мысль. Как я могу учить ребенка честности, если в последнее время меня окружает сплошная ложь. Да я и сама...

Значит, мне можно скрывать правду о том, что по моей вине отец моих детей оказался в больнице, а Марку - нельзя скрывать свои грешки? Или у меня какая-то другая правда?"

"Встряхиваю головой, чтобы отогнать от себя душевные терзания. Нет-нет, я обманываю, чтобы защитить свою семью, а он врал, чтобы выгородить себя!

- Мам, если тебе грустно - вот как сейчас, ты можешь плакать со мной.

Даже, если меня не пустят завтра к нему в палату, я перелезу все посты, запугаю медперсонал, даже выведу Марка из комы, если потребуется, но заставлю его поговорить с детьми по телефону.

И обсудим с ним условия развода!

32. Белый-белый потолок

Марк

Как же тяжело открывать глаза.

Там такая сияющая белизна, что хочется снова прикрыть воспалённые веки.

Что за чёрт? Смутно помню, что происходило. В памяти всплывают только Ленкины огромные глаза и страшная боль. Мне сложно сказать, где эта боль поселилась – в груди, в левой ноге. Нет, наверное, в душе. Как только события выстраиваются перед глазами, руки холодеют от ужаса.

Ленка! Она всё знает!

А потом меня накрывает воспоминанием о трясущихся щеках Дмитрия, и затылок будто пронзает тысяча игл. О нет, он же теперь в курсе… Чёрт, чёрт! Он же меня раскатает, как пельмень… Но Ленка-то тоже хороша, так меня подставить. Я ведь бежал за ней, хотел всё объяснить. Надо было просто поговорить, зачем она так со мной?

Как теперь выкручиваться из этой ситуации? Не представляю.