— Спасибо, Варь, я очень ценю твою отзывчивость и помощь. И я надеюсь, ты понимаешь, что я всегда могу ответить взаимностью.
Я улыбнулась, скрыв печаль в глазах. О какой взаимности могла быть речь, если это его партнёр и друг а я всего лишь жена. Ну, по факту бесплатная нянька.
— Спасибо, конечно, но я как-нибудь сама справлюсь.
Нам принесли заказ, и за столом повисла тяжёлая тишина. Клим пару раз попробовал свой суп, а потом, отложив ложку, поднял на меня глаза.
— Ты знаешь то, что он пьёт?
Я опустила взгляд и тяжело вздохнула:
— Это меня это не интересует, — говорить было физически, больно.
Я чувствовала уколы совести, а ещё мне было тяжело по той простой причине, что Олег никогда не был человеком, который пил, дебоширил или делал что-то подобное и такое поведение для него было не нормой, но бежать к нему, вытирать сопли после того, что я испытала, после его предательства... Я сама себя уважать перестану.
— Варь, ну ты же понимаешь, что сейчас он никого, кроме тебя, не послушает..
— Клим, у него есть Зоя, там помощников и советчиков, и без меня очень много.
Мы разводимся. Так случается, какой бы хорошей не была семья. Иногда происходят страшные вещи, такие как беременность малолетней любовницы, и все, что с момента, как я узнала об этом, меня теперь перестало волновать. Он может пить.
Он может хоть упиться. Он может проиграть бизнес в карты. Он может пустить его с молотка. Он может пустить в дом каких-нибудь нелегалов, и пусть они там живут.
Мне абсолютно без разницы, что сейчас будет делать Олег — я говорила и ощущала, как бешено билось сердце, потому что это первая реакция, когда человек врёт.
Вторая реакция, это когда к лицу приливает кровь, правильно же говорят, сгореть от стыда. Вот я сейчас и горела, потому что мне было не плевать. Столько лет брака не выкинешь за пару недель. Столько лет брака не позволят просто по щелчку пальцев взять и разлюбить человека. Я знала, что он чудовище, я знала, что он предатель, но сердце противно сжималось, когда Клим говорил о том, что он губит себя, он пьёт и не будь между нами его измены, я бы первая дёрнулась к нему на встречу.
Клим тяжело покачал головой и больше не стал ничего рассказывать мне. Хотя я, если честно, и не собиралась настаивать на этом, я просто понимала, что это все глупо. Давыдов проводил меня до такси и сказал, что утром привезёт Женьку. Он как раз будет ехать в аэропорт, и поэтому утро может наступить немножко раньше, чем мы с Линой привыкли.
