Это ты разрушил нашу семью и сейчас, в момент, когда ребёнок переживает не самое лучшее время, ты мне говоришь о том, что ты не приедешь по той простой причине, что просто злишься. Но злишься ты не на меня, не на неё и не на Клима. Ты злишься на себя.
Так почему из-за твоей злости, из-за твоего поведения, из-за твоей ошибки должны страдать все мы? Приедь, поговори с ней.
— А может быть, — вкрадчиво начал Олег, — устами младенца глаголет истина?
Я тяжело вздохнула и прижалась спиной к подоконнику.
— О чем ты?
— О том, что ребенок говорит правду? У неё должен быть отец и должна быть мать, а не вот так вот, воскресная мама, воскресный папа.
И в этом случае ты совершаешь ошибку, не давая мне возможности все исправить.
— Олег, да что ты исправишь? — вызверилась я. — Ты даже не можешь никак повлиять на ситуацию с тем, что твоя Зоя и её мать третируют меня!
— Не будут больше, — холодно, заметил муж. Я закусила губы и психанув, рыкнула:
— Да пошёл ты.
Я бросила мобильник и прикусила костяшку указательного пальца.
Лина тогда проскочила мимо меня и заперлась в ванной. Чтобы мы не говорили, как бы Женя не старался убедить её в том, что никто не отнимает у неё ни маму, ни папу она не хотела слушать и просто кричала, чтобы мы отошли.
Я понимала, что для дочери наш развод- это дорога из углей, и она бы своими босыми ножками шла по ней. Я понимала, что за грехи взрослых расплачивался ребёнок, но я не знала, как это исправить.
Когда я вышла с балкона, Женя просто покачал головой, намекая, что она до сих пор не ответила.
Я тяжело вздохнула и попросила:
— Иди в детскую, я попробую сама с ней поговорить наедине.
Женя понятливо кивнул и, проходя мимо меня, погладил по животу. Я прикусила губы. Медленно шагнула к двери и постучалась.
— Лин, ну пожалуйста, открой. Открой, мы с тобой все обсудим и поговорим. Я понимаю, что тебе страшно и тебе больно. Тебе кажется, что тебя никто не любит.
Но это неправда, Лин, пожалуйста, поговори со мной.
С той стороны не доносилось ни звука.
Я приложила ухо к двери и все же расслышала тихие всхлипы.
— Я знаю, что мы, мы с папой перед тобой очень сильно виноваты. Но это не говорит о том, что он или я тебя перестали любить. Так случается, что люди расходятся, Лин, это не зависит от нас. Если бы что-то зависело от меня, я бы сделала все возможное, чтобы у тебя и отец, и мать остались. Но то, что мы с твоим отцом не вместе это не говорит, что кто-то из нас исчез. Лин, пожалуйста, открой дверь.
