Медленно выдохнув, он протянул магу медальон. Даррен принял его. Рукав закатался, обнажив самый край запястья на том участке, где должна была скрываться метка.
С ужасом я увидела, как сильно была воспалена в том месте кожа. По-видимому, метка причиняла Даррену слишком много дискомфорта, лишь усиливая его раздражение. Возможно, при иных обстоятельствах он не стал бы так срываться на Лиаме, но сегодня звезды явно сошлись не в пользу принца.
— По окончании практики верну, — пообещал Даррен, пряча медальон в карман, и направился к лестнице.
— Всем разойтись!
Первыми отреагировали слуги и тут же разбрелись по своим делам, не особенно задетые тем, что совсем недавно их хотели, если уж не убить, то точно покалечить. Студенты также восприняли команду Ворона с воодушевлением и, весело переговариваясь, отправились в столовую."
"А я смотрела ему вслед, испытывая непреодолимое желание пойти за ним. Возможно, я могла бы ему помочь, ведь остальные раны мне удалось залечить. Вдруг есть способ как-то унять боль метки? Может, моя магия способна ему чем-то помочь? Не хотелось думать, что однажды то же самое произойдет с моей меткой, и мне придется испытывать те же мучения…
Однако от необдуманного поступка меня остановили Нора и Тесс.
Обе девушки вместо того, чтобы отправиться со всеми на обед, подлетели ко мне и принялись заваливать вопросами.
— А где вы были?
— Чем занимались вдвоем?
— Куда он тебя забрал?
— Надеюсь, он ничего плохого с тобой не сделал?
Участие это было или простое любопытство с их стороны, но от неожиданности я растерялась и не знала, что ответить.
Главное, что их вопросы полностью отвлекли меня от идеи преследования Даррена. Он уже однажды ясно дал понять, что тема метки истинности для него неприятна. Навязывать ему помощь против его воли было бы не самым разумным решением.
— Почему вы думаете, что он мог мне что-то сделать? — удивилась я.
Нора, которая задавала этот вопрос, с великой искренностью и непосредственностью заявила:
— Но он же такой сильный и страшный! Сила Ворона… пугает! Иногда мне кажется, что даже стены дрожат от той мощи, которая скрывается внутри него, — в голосе девушке смешивались восхищение и испуг.
Ее слова вызвали у меня недоумение. Ведь я ничего подобного в силе Даррена не замечала. Напротив, мне она казалась очень привлекательной, приятной. Даже, в каком-то смысле, близкой.
“Это мой долг служить Белому Ворону”, — в памяти всплыли слова Антония.
