Измена. Неравный брак (СИ)

От злости. От ревности.

От желания у-би-вать!

— Твои или мои? — продолжает женщина и добавляет. — На фото — мой муж. Эрнест. Поздравляю, мы с тобой — рогоносцы, Михаил!

— Мы… Рогатые! Олень… Лось… Выбирай любое! — истерически вскрикивает она. — А еще… — смеется. — Еще мой муженек катал твою… Подозреваю не только на своей тачке… Но и на кое-чем еще…

— Да пошла ты… Пиз…шь, как дышишь!

— Тебе мало этих доказательств? Есть и другие! — выкрикивает мне вслед.

Не слушаю ее. Не хочу!

Но на слова этой шкуры, пусть даже элитной, и другие слова накладываются: слова мамули моей.

О том, что Ждана у меня под носом с кем-то трется.

— Я знаю, где она! — гремит за моей спиной.

У меня проблем — вагон и маленькая тележка! Нужно понять, кто мог взять флешку, на которой записан компромат… на меня.

Не всегда дела приходилось вести чисто.

Я чудом выторговал его и собирался хранить у себя.

Лучше было бы уничтожить!

Но… компромат — штука тонкая, обоюдоострый клинок.

Там ведь не только я проворачиваю не самые чистые делишки.

Такие дела в одиночку не делаются. Так что… есть и другие.

Пойду ко дну — потяну за собой многих!

Это ли не гарант в случае опасности совершить один-два звонка и заставить вспомнить о былых временах, да?

Скользкая, грязная… бомба — вот что такое эта чертова флешка!

Я искал всюду. И, к сожалению, пришел к одному-единственному выводу — взять ее могла лишь Ждана.

Поэтому слова Людмилы заставляют меня остановиться, развернуться и снова посмотреть на нее более внимательно.

Людмила назвала место, где, по ее словам, Ждана отдыхала в компании Эрнеста. Я не стал откладывать дело в долгий ящик, выехали сразу же….

В дороге мы немного пообщались, обменялись сведениями о себе.

Наши семьи, наши браки — мой и Жданы, ее и Эрнеста — полярные, как день и ночь.

У нас я — старше, у Людмилы — наоборот.

Как стало ясно из этой словесной презентации, Людмила не страдала от излишней скромности. И до чего же назойливая мозгоклюйка… Только стоило немного поинтересоваться насчет ее бизнеса.

Просто вежливость, формальность — не более того, как она залилась соловьем, ее было не остановить. Если бы я не попросил ее помолчать, сославшись на важный телефонный звонок, она бы без умолку трындела о себе до самого приезда. Не женщина, а ходячая рекламная компания.

У меня от нее заболела голова, вот честное слово.

Я находился в ее компании не так долго по времени, но уже устал от нее и… не завидовал ее мужу.