Измена. Обман. Развод или другие приключения разведенки (СИ)

От такой новости её бросило в жар, а потом стало так плохо, что почти весь оставшийся путь до Урала она пролежала в углу теплушки, не вставая. Катарина не знала, что делать. Она одна на белом свете, у нее нет вещей, не понятно, что будет на новом месте и маленький ребёнок ей был только помехой. Но что делать?

Их привезли на станцию, долго держали на ветру и холоде, потом заставили залезть в крытые тентом кузова машин, и увезли.

Поселок, где её предстояло жить, состоял из бараков и землянок. Ее определили в барак с другими не семейными.

Жили по несколько человек в комнате, отопление — печь, тут же и кухня, тут же и спальня. Работать пришлось на крольчатнике. Катарина работы не боялась. Их поднимала еще до зари, вели строем на работу по избитой глинистой дороге, мимо озера, кого на крольчатники, кого в теплицы. Работа тяжелая, за целый день так на машешься, так натягаешь тяжестей, что к вечеру возвращаешься без ног и рук. Зато дурные мысли в голову не лезут. И только лежа в кровати Катарина плакала. Она не знала, что делать.

Однажды к ней на работе подошла пожилая женщина, она внимательным взглядом окинула её фигуру. Катарине стало жарко и страшно от этого взгляда.

— Беременна? — бросила ей тетка.

— А вам то что? — пресекла расспросы Катарина.

— Помочь хочу, — пристала настырная тетка.

— Чем вы мне поможете?

— Детё то одной тебе не вырастить, — тетка внимательно посмотрела ей в глаза. — С дитем жизнь свою не устроить. Кому нужна то будешь с чужим дитем? А так девка справная, красивая, найдешь себе ещё жениха.

— ???? — Катарина забыла, как дышать.

— Приходи ко мне в воскресенье, я тебе кое-то скажу, — и та сунула ей листок с адресом в карман.

Бабка оказалась повитухой, принимала роды у баб, кому надо, то и аборты подпольно делала.

— Красивая ты девка, посмотрю, наверное, не урода родишь, — усмехнулась бабка. — Есть у меня на примете семья, которая хочет усыновить ребеночка. Семья очень большого начальника.

Бабка бровями показала, сколь высок начальник.

— Родишь и сразу отдашь, вроде как еёная баба родила, все сделаем хорошо через доктора. Ты одна останешься, жизнь свою устраивать, а ребеночек в хорошей семье расти будет, — бабка ворковала, очаровывала, околдовывала.

И Катарина поддалась. Согласилась.

И с того дня бабка стала к ней наведываться, то потроха с крольчатника принесет, то мясца подкинет, то муки, то кофтенку шерстяную и чулки теплые. Голод отступил. Холод стал не так страшен.