Измена. Обман. Развод или другие приключения разведенки (СИ)

— Заткнись, стервозина, — командует Манюня, — если у тебя все три дырки разработаны, то это не значит, что все должны быть такими *ледями, как ты.

— Девочки, давайте не будем ругаться, — просит Ди. — у каждой из нас своя жизнь, мы не имеем права осуждать чужую жизнь.

— Ой, святая, — фыркает Стелла.

— Может и не святая, но я бы не стала спать с твоим мужчиной, — Диана повернулась к Стелле и произнесла фразу, глядя ей в глаза. НО той, плевок, что божья роса, вытерлась и не заметила. Даже бровью не повела, словно и не поняла.

— Ты бы лучше рассказала, что от тебя Волкову надо было, — вдруг прервала ее Стелла.

— Не знаю, — пожала плечами Диана.

— И что, он тебе даже не предложил контракт? — глаза Стеллы загорелись.

— Какой контракт? — уставилась на нее Ди.

— Ну, он всем своим девушкам предлагает контракт, моя подруга пожила с ним в Дубае три месяца, так по контракту он ей квартиру подарил, — плотоядно облизнулась Стелла.

— Я не его шлюха, ты забыла, Стелла, а потом зачем мне квартира, ты что-то перепутала, Стелла, я сама ему могу подарить квартиру, — Ди в один момент из простой девочки вновь стала королевой с высоко поднятой головой.

— Да, о чем это я, — закатила глаза Стелла. — Ты же у нас золотая девочка. Так что нужно было секс-гиганту Волкову от золотой девочки?

— Не знаю, Диана, сдулась, как шарик. — Что-то спрашивал о моем отце, от кого я унаследовала фамилию Савицкая.

— И что, — в глазах Стеллы плескался интерес. — Что было дальше?

— Да ничего, я с ним вновь разосралась и послала его далеко и надолго.

— Волков никогда ничего просто так не делает, — констатировала Стелла.

— Волков до мозга костей — делец, его интересует только антиквариат, причем ценности очень древние, — рассказывает Стелла. — Насколько я знаю, его интересуют вещи времен Египетских пирамид, Древней Греции, Древнего Рима, Месопотамии.

— А мой папа то тут причем? — разводит руками Диана. — Он был торгаш.

— Ну, у тебя же дед с бабкой были из элиты, может у них были какие-то вешицы, — облизывает губы Стелла.

— Ничего у них не было, они были идейными, считали, что лишние вещи — это мещанство. В их доме не было никаких вазочек, статуэток, только стеллажи с книгами, причем полным собранием сочинения Ленина. А так как у всех: стенка, диван, телевизор.

— Ну, может у бабушки украшения какие-то были? — допытывается Стелла.

— Никаких, дедушка бабушке купил брильянтовые сережки на пятидесятилетие, так она их берегла.