Онлайн-библиотека книг
Меня сейчас стошнит от нарисовавшейся картины!
Развод? Как же мне страшно даже думать в этом направлении! Так больно!
Так и не решив ничего, я уснула, замотавшись во все, что нашла и свернувшись в защитной позе эмбриона. Оберегая свой живот.
Утром Илья постучал в дверь. Аккуратно:
– Виктория. Открой!
Встала, пошатываясь, совершенно разбитая, и попыталась отодвинуть засов щеколды, но не смогла даже сдвинуть его с места.
– У меня не получается. Ты вчера своей необузданной корридой повредил что-то в механизме, – ответила, судорожно соображая, как теперь быть.
– Ничего не предпринимай! Не вздумай вылезти через окно! Я пришлю специалиста вместе с начальником охраны, – голос мужа был глухим и невыразительным.
То ли от недосыпа и волнения, то ли просто было так слышно через запертую дверь.
Я как то и не собиралась вытворять никакие безумства и с недоумением посмотрела на дверь.
– И, Вика, послушай меня! Я выбрал тебя. Ты моя жена. Вы моя семья, и это моё решение. Я не собираюсь его менять! Ты же помнишь, я не меняю решений! – Илья говорил сбивчиво, явно волнуясь.
Совсем близко звучал его голос.
– А Ирина Александровна и Фёдор? Они не твоя семья? – фыркнула, опираясь спиной о закрытое полотно двери.
– Нет, – услышала так близко, будто не было между нами преграды.
– Нет? – скептически протянула, горько хмыкнув.
– Вика, я просто помогаю им. Конечно же, я общаюсь с ребёнком. Обеспечиваю его. Что в этом такого страшного? – муж говорил уверенно. Успел обдумать удобоваримую версию для меня. Красиво стелет.
– И спишь с его мамой, – прервала, не в силах слушать этот бред.
– Нет! – яростно отозвался Илья через дверь, хлопнув по полотну ладонями.
Гудящий звук прошил мне голову. И я отстранилась, разрывая наш такой странный контакт.
– Не смеши. А Фёдор у нас непорочным зачатием случился? И Илюша, я всё-таки умею ещё считать. Он родился через полтора года после нашей свадьбы с тобой. Ты изменял мне с самого начала! С первого дня! – мой голос таки сорвался на крик, и я, рвано вдохнув усилием воли, вернулась к более тихой речи, продолжая, – пока я истекала кровью и оплакивала нашего сыночка, ты подсуетился и сделал себе нового.
– Представь, мне тоже было охренеть как больно! А ты была невменяемая тогда! Не в себе! – опять ударил дверь Илья, тоже поднимая голос.
Я усмехнулась.
