Измена. Осколки чувств (СИ)

— Что? С ума сошла? Зачем бы мне это понадобилось? — вытаращился он на меня.

— Ну, ты ведь меня ненавидишь и мог бы попытаться так отомстить…

Он как-то горько усмехнулся и помотал головой.

— Я тебя не ненавижу, Лиза. Просто ты меня разочаровала. И сейчас разочаровываешь еще больше. Ты так обо мне думаешь, да? Что я настолько мелочный и инфантильный, что буду заниматься такой ерундой? Да еще и спустя пять лет? Серьезно?

Мне стало как-то неловко."

"— Прости, я просто не знала, что ты изменился. Сегодня мы поговорили, и сейчас я вижу, что ты вполне адекватный и…

— Сейчас я адекватный? А обычно какой? — по блеску в его глазах я поняла, что он рассердился.

— У тебя какое-то извращенное представление обо мне. И с чего ты взяла, что я изменился? Не думай, пожалуйста, что если я веду себя вежливо и предлагаю тебе разделить со мной ужин, или подвожу до дома, то это значит, что я все забыл. Раз уж так вышло, что ты теперь — жена моего сотрудника, то я, как цивилизованный человек, вынужден соблюдать определенные социальные нормы, разговаривать с тобой и улыбаться, хоть это и причиняет мне моральный дискомфорт. Но мы ведь не в лесу живем.

Он меня словно обухом по голове огрел. Я-то уж было подумала, что Градов начал исправляться, а тут вот оно что! Он, оказывается, «вынужден соблюдать социальные нормы»! А общение со мной причиняет ему моральный дискомфорт! Как будто я навязывала ему мое общение! Вот скотина!

Ни капельки он не изменился! Все такой же холодный высокомерный сноб!

Бесит прям, не могу!

— Я тоже, знаешь ли, не горела желанием с тобой общаться! — выпалила я.

— И ни за что не стала бы этого делать, если бы меня к тебе силой не привезла твоя охрана! И ты сам стал меня расспрашивать, а я изначально не хотела ничего тебе говорить! Это нелогично и весьма низко с твоей стороны — сначала вывести шантажом на разговор, а потом заявлять, что общение со мной принесло тебе моральные страдания!

Блин, а я-то, как идиотка, открылась ему и рассказала то, что на душе было! Вот дура!

Мне было так обидно, что горло сдавил болезненный ком.

Я попыталась его сглотнуть, но не тут-то было.

— Так, слушай… — начал он, остановив машину через дорогу от моего дома.

При этом у него было такое лицо — снисходительно-высокомерное, что мне захотелось в него плюнуть.

— Да пошел ты! — вспылила я и выскочила из его машины, хлопнув дверью.

Козел!

Быстрым шагом направилась в сторону нашего таунхауса, нервно сжимая кулаки.