Измена. Осколки нашей любви (СИ)

Синие глаза удержали мой поневоле испуганный взгляд.

— Ты, конечно, бизнес имеешь в виду, — голос Муратова неожиданно сделался ниже и глубже.

По спине у меня побежали мурашки.

Я ведь это имела в виду?

— Да. Конечно. Он часто любил пошутить, что привык плестись в отстающих, — пробормотала я, припоминая горькую иронию мужа, которой я прежде не придавала большого значения. — Говорил, что равняется на тебя. И что сделать это несложно, потому что ты всегда впереди.

Муратов подался вперёд, отставив бокал на столик, приютившийся у дивана.

— Это не так, — он сделал шаг мне навстречу. — Не всегда.

Я следила за его приближением, гадая, о чём он сейчас говорит.

— Однажды он меня обошёл. По-крупному. Настолько по-крупному, что это можно считать полноценным реваншем.

— Мне жаль… жаль, что между вами тоже всё очень непросто, — почти прошептала я, с тревожной отчётливостью понимая, что сейчас произойдёт нечто неотвратимое. — Я очень надеюсь, что это как-нибудь разрешится. Может… может, когда мы с Лёшкой исчезнем из поля зрения… Кстати, знаете… я ведь забыла сказать…

Я вдохнула, сдерживая охватившее меня бешеное волнение от его близости.

— …хотела сказать, что мне перезвонили. Нас примут уже послезавтра. Завтра я навещу Лёшку, чтобы предупредить…

— Правильно, — Муратов кивнул. — Суток на подготовку нам хватит. Я отдам необходимые распоряжения.

— Спасибо, — шепнула я, не сопротивляясь, когда он молчаливо принял бокал из моих рук и отправил его на столик, в компанию к своему.

— Настоящей благодарностью с вашей стороны было бы никуда не исчезать после того, как всё закончится, — он возвышался надо мной, и я начинала дрожать от напряжения. — Ваше исчезновение из своей жизни я посчитал бы чёрной неблагодарностью.

И я не должна была задавать этот вопрос.

Потому что, может, поверить в это было и невозможно, но ответ уже знала.

— Почему?

Сгиб его указательного пальца неожиданно оказался у меня под подбородком. Мягко подтолкнул меня вверх.

Для ответа.

Глава 56

— Почему? — она смотрит на него с затаившимся в ясных глазах волнением.

Почему?"

"Потому что когда ты смотришь на меня вот так — открыто и беззащитно, я хочу тебя даже больше, чем в принципе кого-то можно хотеть.

Это… больно. Я уже привык легко получать всё, что хочу. И я могу получить всё, что хочу. Всё, кроме тебя.

Почему…

Потому что ты добровольно мне открываешься. Ты не просто на меня смотришь. Ты меня видишь. Видишь во мне человека.