Содрагаюсь всем телом при одной только мысли, что сейчас придется вставать и куда-то идти.
— Время пришло, — мягкий безжизненный голос Сандры звучит для меня тревожно. Она явно переживает, но не может выразить этого.
— Какое время?
— То самое."
"Я встаю и кутаюсь в свою изодранную робу, пытаясь прикрыть место, где она была изрезана ножом. Но сквозняк, задувающий в щели, все равно заставляет меня дрожать всем телом.
— Холодно, — говорю я зачем-то, прекрасно зная, что Сандра никак не отреагирует.
— Это тебе не пригодится сегодня, можешь вовсе снять ее, — говорит она.
Я мотаю головой, чувствуя, что к горлу подступает тошнота от страха. Дрожь бьет все мое тело от осознания того, что сейчас должно случится что-то страшное. Что-то необратимое, и со мной и со всеми остальными, кто прибыл сюда.
— Что сейчас будет?
— Ты все увидишь.
— Ты можешь дать мне какой-то совет, как пережить то, что будет?
Она какое-то мгновение молчит, но после, решительно качает головой.
— Это только твое, только ты решаешь, что будет.
Ты и море.
Она ведет меня, босую, по холодному коридору. Ноги при каждом шаге сковывает ледяная хватка.
Остальных девушек ведут так же, как меня, держа за плечо, чтобы не убежали. По обеим сторонам от коридора стоят сестры с зажженными свечами. Они смотрят на тусклые огоньки в своих руках, но я знаю, что если я попробую вырваться и убежать, они тут же схватят меня, поэтому даже не рискую.
Встречаюсь глазами с КЛем, которую ведут чуть позади меня. Лицо у нее сосредоточенное и злое. Она дергается и пытается вырваться, но ее держит сама мать Плантина своей огромной ручищей.
— Будешь дергаться, — рычит она в лицо КЛем, — я разобью твою голову о камни, и на этом твой жизненный путь будет завершен.
Мать плантина переводит взгляд на меня и ухмыляется.
— Чтоб ты сдохла, — бросает Клем и плюет ей под ноги, едва не задевая ее необычное облачение, кажется праздничное. Темная ткань расшита блестящими красными и синими нитями, образующими волнообразный узор. Точно такие же наряды у всех остальных сестер, включая Сандру, не считая того, что у матери Плантины одежда черная, а у них темно-серая.
Мать Плантина размахивается, и крепко держа одной рукой КЛем, другой бьет ее тыльной стороной ладони по щеке, оставляя красный след.
Я непроизвольно дергаюсь, не в силах смотреть на это.
— Не трогай ее! — вскрикиваю я и пытаюсь кинуться на Плантину. Но две сестры из тех, что держали свечи, вдруг подходят ко мне и хватают за руки с двух сторон, оттесняя Сандру.
