Саймон осуждающе покачал головой, а я гордой походкой отправилась из комнаты, правда чуть не упала, наступив на длинную материю, прикрывающую мою наготу. Тихо чертыхнувшись, приподняла ткань, немного запутавшись в ней, и, шлёпая босыми ногами по гладкому паркету, пошла дальше.
– Далеко собралась? – остановил дворецкий. Как только я развернулась к нему, добавил: – В гостевом крыле ты больше не живёшь, идём, покажу твои покои.
– В смысле? А девочки? – удивилась я.
– Девушкам уже выплатили вознаграждение и отпустили.
– Оливия тоже ушла?
– Оливия как раз осталась, хотела дождаться тебя.
– Фу-у-у-ух, – легко выдохнула. – Тогда я к ней пойду.
– Тебе сейчас лучше хорошенько поесть и отдохнуть, – возразил дворецкий.
– Но я отлично себя чувствую и не голодна!"
"– Это тебе так кажется. Эйфория после первого полёта ещё не спала. Не пройдёт и десяти минут, как почувствуешь резкий голод и слабость. Да, ты сильная драконица, но это не значит, что не можешь устать.
Поверь, знаю о чём говорю, всю жизнь служу драконам. Так что не спорь иди и как следует отдохни. Никуда твоя подруга не денется.
– Хорошо, – спокойно ответила и отправилась за ним.
Дворецкий привёл меня в шикарные апартаменты, состоящие из нескольких комнат и огромной ванной.
– Это всё мне одной? – удивилась я, округлив глаза.
– Императорский отпрыск должен жить в соответствующих условиях, – улыбнувшись, ответил пожилой мужчина.
– Ты точно уверен, что я внучка почившего императора? Может я отпрыск другого красного дракона?
– Красный дракон был всего один.
Его ещё называли огненным за яркий цвет кожи и за свойство производить неограниченное количество огня. Никто так не мог, только он.
– Но у него, как я поняла, были родственники.
– Безусловно, но они не были красными, он единственный, кто унаследовал и трон, и огненность от отца. Остальные братья не были таковыми. А ты от кого унаследовала, от отца или от матери?
– Я не помню родителей, они разбились в автокатастрофе, когда я была годовалым ребёнком.
Бабушка говорила, что я рыжая в папу.
– Значит, у Фиара был сын, – с печалью в голосе проговорил Саймон. Очень жаль твоих родителей. А бабушка? Жива?
– Нет, – с грустью ответила я.
– Очень печально, что всё так вышло. Ну, не буду тебя больше утомлять, отдыхай.
Как только дворецкий ушёл, я и впрямь почувствовала себя очень уставшей.
