Измена

Разве Владу когда-нибудь нравились такие женщины?

Глубоко задумавшись, Стася, не глядя, пихала в сумку вещи, за которыми заехала в свою квартиру. Это были несколько милых сердцу вещиц, к которым она уже привыкла и которые ей не могли заменить новые покупки. Старенький альбом с семейными фотографиями, записная книжка, из которой она, Бог знает, почему, ещё не переписала телефонные номера в более удобное место.

— Стась, ты слышишь меня?

— А? — Она вздрогнула, переводя невидящий взгляд на Женю, который стоял рядом с ней и наблюдал за её сборами.

Потом едва заметно поморщилась. Как ей не хотелось сейчас этих выяснений, ведь несмотря на то, что муж не любил разборок, вопросов было не избежать. Он и так порой названивал ей по двадцать раз на дню, и приходилось просто отключать телефон. — Ты что-то хотел? — поинтересовалась она невинным тоном, поднимаясь на ноги и осматривая квартиру быстрым взглядом.

— Да, Стася, чёрт побери! Я сто раз спросил, уходишь ли ты, и если уходишь, то куда?

Это его «чёрт побери», совершенно не вяжущееся с внешним обликом, вызвало у Стаси слабую умильную улыбку.

— Женечка, не задавай мне тех вопросов, на которые я не смогу дать тебе подробного ответа. Хотя… — Она сделала вид, что задумалась. — На один смогу.

Стася прошла в прихожую и быстро надела короткую шубу и сапоги. Женя неотступно следовал за ней. На мгновение, когда она бросила на него взгляд, сердце кольнула жалость. Он был такой потерянный, в своём мешковатом свитере, тренировочных брюках и растоптанных шлёпанцах.

На переносице — неизменные очки, волосы растрёпаны. Но Стася быстро прогнала от себя неуместное чувство, — нельзя допускать его в сердце, потому что оно несёт в себе угрозу продуманному мирку.

— Да, Жень, я ухожу, — наконец, вымолвила она, поворачиваясь к нему спиной и щёлкая задвижкой замка на входной двери.

— К нему? — глухо спросил Женя, не предпринимая попыток удержать супругу.

Станислава замерла на пороге, но всего на мгновение. Женя явно ничего не знает, просто понимает, что Стася ушла не в самостоятельную жизнь.

Она ушла к мужчине.

Не оборачиваясь к мужу, Станислава вышла из квартиры, захлопывая за собой дверь.

— Даже не знаю, что сказать, — вынесла свой приговор Злата, отворачиваясь от Влада, чтобы скрыть раскрасневшиеся щёки. Ей было безумно приятно, что муж затеял для неё всё это, но показывать она свои чувства пока не собиралась. Во всяком случае, прыгать ему на шею и плакать от восторга она не станет точно.