Измена

Слушая её сбивчивое дыхание, он прислонился лбом к её лбу и, проведя большим пальцем по щеке Златы, задал вопрос, о котором потом пожалел многократно.

— Когда ты собиралась сказать мне о нашем ребёнке?

Часть 11.1

Только что она сгорала в прикосновениях и поцелуях, которые обжигали своей бесстыдностью и одновременной закономерностью. Таяла от губ и рук любимого мужа, готовая отдаться ему прямо здесь — в коридоре отеля. И тут же вопрос, словно ледяной душ, который мигом отрезвил. Ребёнок… Влад откуда-то знал про ребёнка, но ведь это был только её маленький секрет, которым она пока не хотела ни с кем делиться! Даже Дина и та, насколько поняла Злата, лишь догадывалась о малыше, но ничего не знала наверняка.

И вот… Ощущение, что на её личное посягают, охватило её целиком, и она ничего не могла с ним поделать. Да, оно было совершенно неверным, ведь Влад имел на этого ребёнка такие же права, как и она. Но только не сейчас… Ведь она ещё ни в чём не уверена. Это только её мир, в котором она едва выстояла на ногах и стояла ещё некрепко, и любое вторжение в него, пусть даже самое правомерное — это угроза.

Руки сами сжались в кулаки, а сбившееся дыхание стало прерывистым. Воздуха не хватало.

— Этот ребёнок не имеет к тебе никакого отношения, — выдохнула она полушёпотом, видя то, чего так опасалась. Лицо Влада превратилось в маску, по которой невозможно было прочесть настоящих эмоций — только злость и холодность, которые сковали черты.

— То есть, как это? — вскинул он бровь, складывая руки на груди, но, не отступая ни на шаг, так, что между их телами почти не было свободного места.

Злата чувствовала, что задыхается, будто ей кто-то мигом перекрыл кислород, от абсурдности и неожиданности происходящего. Так быть не должно, он не должен - не должен! - вести себя настолько эгоистично… Она снова потеряла ту хрупкую надежду, которая, было, упрямо потянула свои ростки навстречу жизни.

Потеряла…

— Вот так вот. Это только мой ребёнок, и только я имею на него право, — выпалила Злата, изо всех сил защищаясь от этого знакомого, но такого ненавистно-любимого Влада.

— С каких пор у нас женщины сами по себе заводят детей? Опять шалит Святой Дух?

Влад просто пылал сарказмом, а Злата вдруг ощутила неимоверную усталость. Она устала бороться одна за то, чтобы быть счастливой. Устала верить в то, что у неё в принципе есть такая возможность. Она устала верить в это за двоих. А теперь уже даже за троих.

— Нет, Влад.