Измена

      — Влад, — окликнул его тихий голос, и он на мгновение застыл, попадая в водоворот воспоминаний и ощущений. На миг показалось, что Влад попал в прошлое, вот только в этом прошлом было неуютно. — Влад, — снова повторилась галлюцинация, и к слуховым ощущениям добавились ещё и зрительные. Перед ним, в свете тусклого, умирающего дня, возникла Стася, которая куталась в лёгкое, промокшее насквозь пальто. Со светлых волос, мокрыми прядями прилипшими ко лбу, беспрестанно капала вода, но Стася не предпринимала ни единой попытки укрыться от ливня.

"

"— Стася? — вырвалось из горла хриплым шёпотом. Он не видел её уже очень давно, с тех самых пор, как она во второй раз вошла в чил-аут, вызвав волну воспоминаний… И только. Но что такое воспоминания о прошлом? Что-то эфемерное, живущее на задворках минувших дней. Не больше. Своего рода самообман, который нужно оставить там, где ему самое место. — Что ты здесь делаешь?

— Я к тебе пришла, — прошептала она в ответ, то глядя в его глаза, то опуская взгляд, словно не могла открыто смотреть на него.

 — К тебе…

Влада передёрнуло. Не от отвращения и не от желания вернуть всё, что было… И во что он так быстро поверил недавно.

Сейчас он и сам не знал, как понять ту огромную дыру, что была в его душе? Выходит, он не забыл? Или просто не позволил себе заполнить её чем-то новым?

— Что значит, ко мне? — удивился он, понимая в этот момент одно: и вправду - не заполнил, раз его всё ещё охватывали эмоции. Но это прошлое.

— Я люблю тебя, Влад, — выдохнула Стася, поднимая к нему заплаканное лицо.

 — Ты прости меня за всё, прошу… Я от мужа ушла, и сейчас я здесь, чтобы сказать тебе это. Я люблю тебя, Влад.

О, как много он отдал бы за эти слова какие-то несколько месяцев назад! Как он хотел бы их услышать от Стаси и что готов был сделать ради них! Сейчас они прозвучали неожиданно, но не тронули в его душе почти ничего. Кроме воспоминаний, конечно.

— Это ни к чему, Стася, — шепнул он в ответ и неожиданно для самого себя улыбнулся.

Не ей, а самому себе. Вот и пришло долгожданное освобождение, природу которого он пока не мог понять.

Но если бы мог пошевелиться, то непременно подставил бы лицо бесконечным струям дождя, падающим с неба, и рассмеялся бы во всю силу лёгких. Внутри всё ликовало и кричало: свобода… Свобода. Свобода!!!

— Я просто, — запнулась Стася, очевидно, не ожидающая такого ответа. — Я просто хотела, чтобы ты знал это.

Влад замер с улыбкой на губах, потом взглянул на Станиславу и выдохнул.

— Я теперь знаю.