Измена по-венециански

Мне это доподлинно известно. А потом сдали киллера. В противном случае откуда она могла узнать о готовящемся покушении? — Он помолчал. — Интересно, а меня вы тоже со временем сдадите?

— Вы хотите сменить Зовастину на ее посту?

— Я предпочитаю остаться в живых.

Он посмотрел в окно на плоские крыши, голубые купола мечетей и шпили минаретов. Самарканд лежал в естественном углублении, окруженный горами. Ночь скрыла мутный смог, круглые сутки висящий над древним городом. В отдалении размытыми светлыми пятнами виднелись освещенные фонарями фабрики.

Раньше они снабжали продукцией Советский Союз, теперь же работали на увеличение валового национального продукта Федерации. Лига уже вложила миллиарды в их модернизацию и собиралась вложить еще больше. Поэтому Винченти должен был знать расстановку сил до мельчайших деталей.

— Насколько сильно вам хочется стать верховным министром? — спросил он Камиля.

— Ваша Лига может мне это обещать?

— О, мой отважный друг, мне часто приходилось видеть, как враг умирает неожиданно для всех, в том числе и для себя самого.

Забавно, что этого обычно никто не замечает. Но болезни делают свое дело на славу. Смертельной может оказаться даже обычная простуда или грипп.

Хотя чиновники Федерации, включая Зовастину, испытывали отвращение ко всему, что имело отношение к советскому прошлому, они многому научились у своих продажных предшественников. Именно поэтому Винченти, общаясь с ними, был сдержан в словах, но щедр на обещания.

— Кто не рискует, тот не выигрывает, — философски заметил он.

Ревин передернул плечами.

— Это верно, но иногда риск оказывается слишком большим."

"Винченти смотрел на Самарканд. Этот древний город был основан в пятом веке до Рождества Христова. Город знаменитых теней, Сад души, Жемчужина Востока, Центр Вселенной, Столица мира — как только его не называли. Сменив многих хозяев, он в конечном итоге был завоеван русскими. Во времена Советского Союза Ташкент, располагавшийся в двухстах километрах севернее, рос значительно быстрее и был более процветающим городом, но Самарканд все равно оставался душой региона.

Винченти перевел взгляд на Камиля Ревина.

— Я сам собираюсь предпринять крайне опасный шаг. Мои полномочия главы Совета десяти вскоре заканчиваются, поэтому, если мы собираемся сделать то, что запланировали, делать это необходимо сейчас. Как говорят там, откуда я родом, — либо делай, либо слезай с горшка. Вы со мной или нет?

— Если я отвечу «нет», то, боюсь, мне не дожить до завтрашнего утра.