Измена по-венециански

Каким же слепцом он был, не заметив чуда прямо у себя под носом!

Винченти снова находился в отеле «Интерконтиненталь». На Самарканд медленно опускались сумерки. Было необходимо отдохнуть, но он все еще был слишком возбужден после поединка характеров с Карин Вальде.

Он снова стал думать о старом целителе.

Когда же это было — в восьмидесятом? Или в восемьдесят первом?

На Памире, за две недели до смерти Истона. Он уже несколько раз бывал в этой деревне, пытаясь собрать все полезные сведения, какие только возможно.

Теперь старик уже наверняка помер. Он уже тогда был божий одуванчик.

И все же…"

"Старик перебирал босыми ногами по темно-каштановому склону. Подошвы его ступней огрубели, как кожа носорога, но двигался он с ловкостью кошки. А вот у Винченти, который шел за ним следом, ноги уже болели, даже несмотря на тяжелые ботинки с толстыми подметками. Казалось, здесь нет ни дюйма ровной поверхности. Все пространство, насколько хватало глаз, было усеяно мелкими булыжниками и крупными валунами, вырастающими на пути с внезапностью «лежачего полицейского» на автомобильной дороге.

Все камни были острыми и мстили путнику за каждый неверный шаг. Деревушка осталась в миле позади, на высоте в тысячу метров над уровнем моря, а они поднимались все выше.

Старик принадлежал к тем, кого в цивилизованном обществе обычно называют народными целителями. В своей деревне одновременно выполнял функции лекаря, жреца, предсказателя и колдуна. Английского он почти не знал, но вполне сносно говорил на китайском и турецком языках.

С европейскими чертами лица и раздвоенной на монгольский манер бороденкой, он очень напоминал гнома. Одет этот гном был в стеганый халат, прошитый золотой ниткой, и яркую тюбетейку. Еще в деревне Винченти наблюдал за тем, как старик лечит своих односельчан снадобьями из толченых корней и растений, подобранных и перемешанных со знанием, которое возможно приобрести, лишь пройдя долгим путем проб и ошибок.

— Куда мы идем? — спросил он наконец.

— Туда, где ты найдешь ответ на свой вопрос и найдешь то, что сможет излечить лихорадку твоего товарища.

Они словно оказались на огромном стадионе, окруженном строем горных вершин, на которые никогда не ступала нога человека. Над самыми высокими в мире пиками клубились стаи грозовых облаков. Пейзаж, который в противном случае выглядел бы совершенно безжизненным, раскрашивали густые заросли орешника и серебристая трава. Где-то вдалеке был слышен звук текущей воды.