Измена по-венециански

— Что ты имел в виду, когда сказал, что Кассиопея в беде?

— Дом начинен «греческим огнем». Они приехали раньше нас и заложили заряды. Теперь медальон у него. Виктор не собирается выпустить нас живыми после этой встречи.

— И они ждут того момента, когда Кассиопея окажется внутри.

— Именно так я думаю. Но сейчас мы выясним, думают ли так же и они.

Кассиопея подождала, пока за ней захлопнется входная дверь, и кинулась через весь дом. Счет шел на секунды. Оставалось надеяться только на то, что злоумышленники подарят ей несколько этих драгоценных секунд, прежде чем привести в действие заложенные заряды.

Ее нервы звенели от напряжения, мозг лихорадочно работал, меланхолия была сметена адреналиновым взрывом.

В музее ее возбуждение каким-то образом передалось Малоуну. Он почувствовал: что-то не так. И не ошибся. Но в данный момент у нее не было времени заниматься самоанализом. Найти заднюю дверь — сейчас только это имело значение.

Она вырвалась в холодное утро.

Малоун и Торвальдсен ждали ее в моторке.

Дом скрывал их и их бегство от взглядов убийц.

Она по-прежнему сжимала в руке жидкокристаллический монитор. До воды — шестьдесят метров.

Она спрыгнула с деревянного настила.

Малоун видел, как Кассиопея выскочила из дома и побежала к ним.

Пятьдесят футов.

Тридцать.

Послышалось громкое «вуф-ф-ф», и дом вспыхнул, как спичечный коробок. Только что он стоял темной глыбой, а в следующую секунду пламя вырвалось из его окон, из-под пола и взметнулось к небу через крышу. Это напоминало фокус, сотворенный руками умелого иллюзиониста.

Никакого взрыва. Безмолвное уничтожение огнем. Полное. Тотальное. И — непреодолимое в отсутствие соленой воды.

Кассиопея пробежала по причалу и спрыгнула в лодку.

— Ты едва вывернулась, — прокомментировал Малоун.

— Пригнитесь, — велела она.

Все трое скорчились в лодке. Малоун следил за тем, как женщина настраивает монитор. На экране появилось изображение автомобиля. В него сели двое мужчин. Он узнал Виктора. Машина поехала и вскоре исчезла с экрана. Кассиопея нажала кнопку, и картинка сменилась.

Они увидели, как машина выезжает на главное шоссе.

Торвальдсен выглядел довольным.

— Наша уловка сработала, — проговорил он.

— Может, вы все же объясните мне, что происходит? — осведомился Малоун.

Кассиопея бросила на него хитрый взгляд.

— Представляешь, как они сейчас веселятся?

— Но у них медальон.

— Это именно то, чего мы хотели, — сказал Торвальдсен.

Дом продолжал пожирать сам себя. В небо поднимался столб дыма.