Измена. Попаданка на сносях (СИ)

Забудем о вражде? Станешь когда то наставником нашего малыша? – Александр улыбнулся и стиснул руку Рейвена крепче, глядя бывшему врагу в глаза, чувствуя, как внутри зарождается настоящее счастье.

Рейвен опешил, услышав эти слова. До этого он действовал на инстинкте. Так, как чувствовал, что должен поступить. И только сейчас понял, что произошло. Рейвен бросил взгляд на младенца, который успокоился на руках у Клэр. На сына Александра. Его врага… или уже нет? А потом он перевел взгляд, чуть потерянный, то на их руки, то на лицо Александра.

– Наставником? Об этом точно рано думать, – Рейвен немного смутился от этого предложения, было видно, а потом вздохнул, будто переступая через себя перед следующими словами. – Но Александр, прости меня… я не могу вас отпустить. По крайней мере, пока. Да и твоей жене нужно оправиться после родов. Останешься пока у меня, мой пленник?

Рейвен улыбнулся, больше поддразнивая последними словами. Сам не зная, кем уже считает Александра.

Рейвену нужно было время. Обдумать все. Понять, готов ли он поставить все на кон, довериться этому человеку. Ведь его свобода могла стать приговором Рейвену. Стоило Александру только рассказать о случившемся. Хотя сейчас Рейвен был в полшаге от какой-нибудь глупости. Например, отпустить эту счастливую семью, а самому прогнать охрану и сесть в кресло у догорающего камина в ожидании, не явится ли за ним стража. А даже если явится, встретить не со страхом, а с улыбкой любую участь.

Ведь сейчас, впервые за долгое время, ему было хорошо на душе. Слишком много смерти и боли выпало и ему, и Александру. А сейчас рядом с ними, в этом маленьком создании, восторжествовала жизнь.

Александр погрустнел. Не думал, что Рейвен возьмется за старое и не выпустит его и Клэр. Прав был Грэм. Александр – романтичный глупец, который романтизирует все. И любовь, и войну, и врагов. Рейвена Александр тоже идеализировал. Но… в глубине души чувствовал: его просят, а не приказывают.

«Позволь мне, Рейвен, еще немного идеализировать тебя? – подумал Александр. – Позволь мне подумать, что ты просто нуждаешься в нашем с Клэр обществе и хочешь видеть малыша, которого принял своими руками. А не… посчитать тебя трусом, который боится возмездия за свои дурные поступки».