Эдван недовольно сжал губы, но заострять внимание, на моей выходке не стал.
— Вы прекрасно выглядите, Элиза.
А это уже Север, улыбается, как кот, потягивая рубиновую жидкость в бокале. Взгляд на мгновение падает на мою грудь, а потом взлетает к лицу.
— Только сейчас обратил внимание, какие у вас красивые, глубокие глаза.
— Благодарю, лорд Брут, в присутствие настоящего мужчины, женщина расцветает.
Север продолжает улыбаться, а Эдван выглядит озадаченным. Вот и думай дракон драный, про кого я сказала, камень это в твой огород, или наоборот, похвала.
Марисса же сидела тихо и выглядела подавленной и бледной, бросая быстрые взгляды на лорда Брута. Я заметила подвеску с алдыном на ее груди, он выглядел точь-в-точь, как мой, что рассыпался в ее руках, кроме одного момента, ее алдын, словно сиял изнутри.
Поняв, что именно меня заинтересовало, Кроу быстро спрятала подвеску в вырез платья на груди. К сожалению мужчины, этот жест не заметили, с интересом обсуждая, политическую обстановку, в соседнем государстве.
— Лорд Брут, а вы всех проверили в этом доме, в заговоре против моего супруга? Извините, что нагло лезу в расследование. Но с тех пор, как меня оболгали и чуть не лишили жизни, за преступление, которое я не совершала, думаю, я имею право получить ответы, на некоторые свои вопросы.
— Вас интересует, кто-то особенный? — оживился Север.
— Что вы, у меня нет никаких подозрений кого-либо в частности — сказала я, обратив внимание, как напрягся Эдван.
Думает, я снова его змеюку обвинять буду, ну нет, этот урок усвоен, пойдем другим путем.
— Меня в целом интересует, кто прошел проверку в доме, например лекарь, или хоть конюх.
Раздался звон упавшего ножа, это уже старик задергался, глаза забегали.
— Как вы смеете, вы…. Да я приносил клятву, лорду Эдвану, когда меня принимали на эту должность! — аж привстал со своего места лекарь.
— Молчать! Вы забываетесь Твист, немедленно принесите извинения моей супруге, и если подобное повториться вы потеряете свою должность.
Надо же, не ожидала заступничество Берга, задело его такое отношение к своей собственности, даже если она самому и не нужна.
Твист, так вот как его зовут, абсолютно не сохранилось в памяти.
— Госпожа, прошу меня простить, мне нет оправдания, — покраснев от злости, мечтая сказать совсем другие слова, произнес старик.
Север внимательно следил за происходящим, сохраняя спокойное выражение лица.
