— Отдыхай Лизонька, пока есть такая возможность, впереди нас ждет тяжелое время, счастливое, но тяжелое.
— Снова твои предчувствия?
Барсик многозначительно промолчал.
На летней кухне уже собрался весь отряд, не хватало только меня с котом. Не далеко, в ожидании нас стояли лошади, уже запряженные баулами. Как же сильно выделялся среди всех Грозный, своей статью и мощью, мне захотелось вскочить на него и снова ощутить этот ветер свободы, но завтрак никто не отменял, и я двинулась к столам.
Маркус кивнул на соседнее с ним место, где уже стояли две полные миски с мясом и овощами, молоко и краюха хлеба.
— А что кот сена не наелся? — засмеялся кто-то из солдат, когда я спустила одну из тарелок Барсику.
Солдаты поддержали шутку своего товарища, заливаясь дружным гоготом. Я почувствовала, как Барсик надулся от обиды.
— А вот не надо, над ним смеяться, — не выдержала я.,- Барсик не обычный кот, а трава, что он собрал, лечебная и в будущем может сильно пригодиться.
Солдаты пристыжено замолчали, но стали кидать в сторону кота заинтересованные взгляды.
— Не ругайся Елизавета, не со зла мы шутки шутим, — примеряющее сказал, один из близнецов, Мор, или Ром, довольно сложно отличить, близкие друзья и боевые товарищи, капитана Морала.
— Не так много поводов для смеха у нас, — продолжил второй, — когда удается вырваться за пределы гиблых земель, мы словно дети, всему рады и лучику солнца, и бабочке сидящей на цветке, и даже коту, что траву жует.
Солдаты снова рассмеялись, но никаких обид уже не было.
Закончив с завтраком, мы быстро оседлали лошадей и попрощавшись со старостой, направились всем отрядом в лес.
Мы продолжали наш путь к границе гиблых земель. Барс, мой верный говорящий кот, сидел передо мной и вглядывался в заросли. Маркус, Гвен и Дойл ехали рядом, их лица были напряжены. Впереди нас шли солдаты, возглавляемые капитаном Моралом, который уверенно вел нас через лес. Теперь я понимала, почему солдаты были рады посмеяться над котом, и передохнуть, ведь даже приграничный лес, требовал полной сосредоточенности и внимания.
Лес становился все гуще и темнее. Деревья, казалось, сжимались вокруг нас, их ветви тянулись, словно пытаясь схватить. В воздухе витал запах гнили и сырости, и каждый шаг лошадей сопровождался хрустом сухих веток под копытами. Мы ехали уже несколько часов, и усталость начинала сказываться. Барс, сидя рядом, тихо мурлыкал, его уши настороженно двигались, улавливая каждый звук. “Лиза, будь осторожна,” — прошептал он.
