Он замолчал, словно собираясь с мыслями, но я чувствовала, что он ещё не всё сказал. Я не торопила его, давая возможность самому решить, сколько он готов открыть. В конце концов, он продолжил, его голос стал ниже, словно он говорил это не только мне, но и самому себе.
— Если боги будут милостивы, они спасут моего сына. Да, за счёт моей жизни, но это не важно, это моё наказание… Теперь, зная, что мои дни сочтены, я счастлив, что могу использовать своё время на что-то полезное. — Эдгар сжал кулаки, и я заметила, как под плащом его пальцы побелели от напряжения.
— А пока я здесь, чтобы выполнить свой долг и очистить эти земли.
Его слова прозвучали как приговор самому себе. Я чувствовала в них решимость и печаль, но также и какое-то странное, почти извращённое удовлетворение от осознания своей участи. Он знал, что умирает, но видел в этом свой последний шанс искупить вину. И несмотря на всю свою силу, в этом была некая уязвимость, которую он отчаянно пытался скрыть.
Я так и не поняла, чем могу помочь Эдгару.
Он сказал многое, но при этом не сказал ничего. Все его слова, хоть и раскрывали боль, скрывали от меня суть проблемы. Я не стала продолжать лезть к нему в душу с расспросами. Возможно, я просто не была готова услышать больше, а может, он не был готов раскрыться.
Несколько минут мы сидели в тишине, каждый погружённый в свои мысли. Наконец, я услышала тихие шаги — к костру подошёл Дойл. Он должен был сменить меня на дежурстве. Я поднялась, чувствуя усталость и тяжесть от разговора, и коротко кивнула ему, передавая пост.
— Тебе нужно отдохнуть, Лиза, — сказал Дойл, его голос был тёплым и заботливым. — Утро будет тяжёлым.
Я кивнула в ответ, понимая, что сон — лучшее, что я могу себе позволить в этой ситуации. Когда я направилась к месту, где мы с Барсиком устроились на ночь, я почувствовала на себе взгляд Эдгара. Он не произнёс ни слова, но его молчаливое присутствие ощущалось как тень, которую невозможно игнорировать.
Лежа на земле, я закрыла глаза и попыталась расслабиться, но мысли всё равно крутились вокруг разговора.
Я пыталась понять, что скрывается за его словами, как помочь ему или, по крайней мере, поддержать. Но уставшая и перегруженная мыслями, я постепенно погружалась в сон, оставив все вопросы на утро.
56
Утро наступило неожиданно быстро. Меня разбудил тихий шёпот и шаги вокруг лагеря. Маркус и Гвен уже были на ногах, готовясь к предстоящему дню. Барсик потянулся рядом со мной и тихо мяукнул, напоминая, что пора вставать.
