— Вдруг это шанс для нас? Как думаешь? Неужели мы его упустим? Какая-то хитрая, подлая шмара рассорила всю нашу семью, и мы так легко сдадимся? Ты, и я, мы с сыном… Все переругались из-за девки, которая не стоит и минуты нашего внимания.
— Ты прав, но я боюсь, что спустя столько всего плохого, столько негатива, у нас ничего не выйдет. Говорят, слово не воробей, а мы столько всего друг другу наговорили… Столько всего сделали, и это навсегда останется между нами.
— Да, так говорят. А еще… говорят, не горит там, где нет чувств.
Если бы мы не любили друг друга, то разбежались бы тихо, без скандалов. Но каждая наша ссора, каждая стычка буквально кричит о том, что нам не все равно. Мы могли наговорить и точно наговорили друг друга всякого… от страха и злости в моменте, но когда все это рассеивается, остается лишь правда, и она состоит в том, что я не хочу тебя потерять! — заключает он, взяв меня за руку.
Не нагло и требовательно, но осторожно, с нежностью и заботой.
Вторая рука мужа поднимается и касается моей щеки, он скользит по скуле пальцами, вытирая слезинки.
Я плачу и даже не заметила этого, расплакалась от эмоций, растрогалась от его речи.
— Вот, довел меня до слез, а заявлял, что разговоры — это не твоя сильная сторона, — шучу я сквозь слезы. — Мне непонятно только одно…
— Я даже знаю, что именно, — вздыхает муж, отведя взгляд в сторону.
— Камеры. Откуда в нашей спальне — камеры?!"
"Эти камеры, которые фиксировали не только предательство, но и... нас.
Все наши ночи.
Все!
Я краснею.
— Подлец! — бью его по щеке.
Щелчок раздается громко, но он только улыбается, потирая щеку.
— Объясни! — требую я.
Муж насупился.
— Ты будешь надо мной смеяться.
— Да ты уж постарайся объясниться без своих шуточек, и я не стану смеяться!
— Я вообще не думал устанавливать камеры в доме, но потом среди мужиков пошел разговор о женах, и один приятель поделился, что его жена-домохозяйка заскучала, закрутила роман с работником. Пока мужик на работе, она развлекалась вовсю.
Вот и я… какого-то рожна решил, на всякий случай поставить: вдруг, пока я работаю, какой-то сосед тебе глазки строит или что-нибудь такое… А потом… мне понравилось… — говорит через силу. — Наблюдать за нами со стороны, наблюдать за тобой, когда ты переодеваешься, как ты двигаешься и… Вот так. Все, больше не проси, мне и так стыдно объясняться в таком. Я вообще считал, что до этих камер не дойдет, что тебе одного моего слова будет достаточно.
