Я по своей глупой наивности ждала, что он однажды решит проявить ко мне заботу и принесет внезапно чашку чая.
— Что опять не так? — он улавливает мою обиду и разочарование.
— Согласна, — шагаю мимо, вскинув подбородок, — мне тоже не помешает чай, и надо бы его покрепче заварить.
Глава 45. Это угроза?
— Ну, как? Успокаивает? — спрашивает меня Вика, делая очередной маленький глоток.
Мы сидим в гостиной. Я на диване, а она — в кресле, закинув босые ноги пуфик. Какие у нее тонкие изящные лодыжки, маленькие аккуратные ступни и милые пальчики с розовыми ноготками, и я не в силах отвести взгляда.
Неудивительно, что в свои времена женщины соблазняли мужчин тем, что чуток приподнимали подол и оголяли щиколотки.
— Валер…
— Что?
— Чай успокаивает?
— можно и так сказать, — отвечаю я, продолжая гипнотизировать ноги Вики.
Хочу коснуться Вики, скользнуть ладонями по гладким икрам к коленям, мягко раздвинуть ноги и поцеловать внутреннюю часть бедра.
— С моими ногами что-то не так? — тихо уточняет Вика.
— Да… — отвечаю я.
— И что же? — в ее голосе прорезаются нотки злости.
— Они очень красивые, — перевожу взгляд на ее лицо.
Тень гнева сменяется удивлением, и щеки трогает милый румянец. И эта смущенная девушка, которая прячет смятение за чашкой чая, моя жена и мать моего ребенка. В который раз удивляюсь тому, что я взял и проигнорировал тот факт, что Вика - очень привлекательная женщина. Ее красота не кричит откровенностью и яркостью, а завораживает.
— Ты бы не мог так на меня не смотреть, — отводит взгляд, — это нервирует.
— Почему?
— Я не знаю, — поджимает губы.
— Я тебя пугаю?
— Возможно.
— Почему?
— Потому что раньше ты на меня так не смотрел, — отставляет чашку на столик и переводит сердитый взор на меня, — что значит этот взгляд?
— Тебе честно или…
— Честно, — недобро щурится. — Я сейчас напилась чая и мебель вряд ли буду переворачивать.
— Я хочу тебя.
Глаза Вики медленно округляются, щеки и уши краснеют, и она торопливо скидывает ноги с пуфика. Неужели убежит? Если так, то вряд ли успокаивающий чай в моем желудке, остановит меня от погони за женой.
Я знаю, что перемкнет. Мозг уже с угрозой потрескивает искрами и вот-вот вспыхнет.
Вика медленно стягивает с подлокотника соседнего кресла плед и накидывает на ноги. Складывает ручки на коленях и молчит, но это никак не помогает мне. Теперь я въелся взглядом в изящную линию ее ключицы. Я ни на одну женщину так не смотрел. Поднимаю взгляд чуть выше, и Вика сглатывает.
