Измена. Право на сына (СИ)

Меня трясет, но слез нет.

— Дышите, — спокойно говорит водитель и бросает беглый взгляд в зеркало заднего вида. — Вот так. Мы скоро будем на месте.

Я вижу скорую, которая подъезжает к одному из въездов, и шепчу:

— За ней.

— Но это въезд для скорой.

— Тогда остановите!

Я должна сообразить, что это не может быть та самая скорая, которая увезла Макара, но мозги у меня просто в кашу.

— но.

— Остановите!

Водитель подчиняется, и я выскакиваю из машины. Бегу за скорой, игнорируя крики охранника, который вылетает из будки.

Ему за мной не угнаться. У него лишний вес, и в нем не играет адреналин.

— стой! Дура!

Скорая останавливается у входа. К ней бегут пара врачей в белых халатах, а меня нагоняет охранник и пытается уволочь.

— Там мой муж! — кричу я.

Задние распашные двери открыта, и вытаскивают носилки

— Вам сюда нельзя! Даже если муж.

— Но он умираем — визжу я, а затем цепенею в руках охранника, который зло матерится и тащит меня прочь.

На носилках не Макар, а Лена.

Ее блузка и брюки в крови, а левая стопа вывернута и без туфли. Из дверей больницы выныривает еще один врач. Крепкий мужчина с обритой головой и круглым лицом. И только у него из всех врачей в глазах ужас и паника.

— Это точно не ваш муж, — шипит охранник.

— Нет... — шепчу я. — Господи... нет... Да что же это такое?

Обмякаю в руках охранника, ослепленная яркой мигалкой скорой кареты. Он выволакивает меня за шлагбаум, передает таксисту, который вздыхает:

— что сегодня за день такой?

— И она…

Как же так? Реальность размывается и я сама, кажется, растекаюсь в пространстве и времени лужей.

— Кто? — подтаскивает меня к машине.

— Она вся в крови.

Заталкивает меня в салон.

— Дышите, — таксиста вглядывается в мои глаза, развернув меня к себе.

Грудь спирает, дыхание обрывается свистом, а после жуткими хрипами. Открываю рот в попытках вдохнуть.

— я не могу.

Вздрагиваю от звонкой и выверенной пощечины, которая приводит меня немного в чувство.

— Я готов к разгромным жалобам, барышня, — обнажает зубы в улыбке.

— К штрафам, увольнению, и даже суду, но я был вынужден.

Прижимаю ладонь к щеке, и медленно моргаю. Дышу. Сгтлатываю и прикусываю кончик языка до боли, чтобы опять не утонуть в истерике.

— НУ, что? Едем? Нам надо в объезд.

— Едем, — медленно киваю я

— Вот и отлично, — захлопывает дверцу.

Носилки с Леной закатывают в распахнутые двери, и я прижимаю холодные ладони к лицу. Я должна проснуться.