Измена. Право на сына (СИ)

И это ощущение комфорта крепче, чем та пресловутая любовь, о которой много говорят, но так конкретики никто не может дать.

— Она хотела уйти от вас к Макару в случае развода, — шепчу я и всматриваюсь в глаза.

Сейчас же он должен возмутиться, но нет. Медленно моргает и переводит взгляд на Макара:

— А у тебя, что, живы старые чувства?

— Слушай, я вот не могу понять, — Макар тяжело выдыхает, — чего она так истерила, если ты, мать твою, крокодил крокодилом в душе.

— Она всегда истерит за нас двоих. И она любит иногда суету наводить, Макар.

— Что? Сохранить семью? — спрашиваю я. — А она вам нужна такая?

— Другой мне не надо, — спокойно отвечает муж Лены. — Возможно, Лене она уже не нужна такой, какой она была.

— Вы готовы ее простить? — я никогда прежде не была так обескуражена.

— Я готов жить дальше, — встает и улыбается, но это улыбка не искренняя, а выученная, чтобы не пугать людей безэмоциональной маской, — и, наверное, можно сказать, что я Лене изначально все простил, когда женился на ней. Нет не простил, а... допустил возможность, что она под влиянием эмоций, гормонов, личной неудовлетворенности может... ммм... начудить?

— Начудить? — переспрашиваю я.

Кивает, подхватывает шапочку с пола и шагает к двери."

"— Вы были испуганы, когда ее привезли, — говорю я.

— Да? — удивленно оглядывается.

— И вы эту панику не сыграли.

— Люди часто выдают желаемое за действительное, — мягкая маньячная улыбка, от которой где-то у яремной ямки пульсирует комок холода.

— Если мой муж окажется на операционном столе под вашими руками... —понижаю голос до шепота…

— Я сделаю все возможное, чтобы все прошло успешно, — переводит взгляд на Макара. — Слушай, Дима же должен был сказать тебе про антибиотики, или он, всё, с концами утонул в бутылке?

— Он сказал, — у Макар дергается губа.

— Сам дурак?

— Как обычно, — вновь медленно выдыхает через ноздри.

— И хорош Диму поощрять в его амбициях. Не его это дело, — муж Лены качает головой. — Он слишком мягкий.

— Это поэтому ты его подставил?

— Мне было с ним некомфортно, — складывает шапочку вдвое и поднимает взгляд.

— И со мной рядом не должно быть таких людей.

Выходит, бесшумно прикрывает за собой дверь, и я передергиваю плечами.