Измена. Право на сына (СИ)

— Ненавижу тебя! — из видения меня вырывает истеричный визг Жанны. — Козел!

Пожилая пара за соседним столиком в любопытстве косят на меня взгляд, присосавшись тонкими морщинистыми губами к бокалам, и я хмыкаю:

— Есть за что.

Глава 42. Мне все равно

Я, наверное, должна была остановить Макара, а я стояла у окна и наблюдала, как его машина едет к воротам, а затем выезжает за территорию дома.

Теперь воображение рисует жуткие картинки разбитой машины и мертвого Макара, который не справился с управлением на пике эмоций.

Нет. Это ярость не может описать черную тень в его глазах после моих жестоких слов, что лучше бы он умер. Это было отчаяние, страх и одиночество, которое вынырнуло из темных глубин его души.

— Иди спать, — слышу сонный голос Дины. — Вернется твой соколик.

Я сижу на крыльце с пустой чашкой из-под чая и смотрю перед собой.

— А потом меня спрашивают, а чего это я обратно замуж не хочу, — вздыхает Дина и накидывает мне на плечи плед. — Сколько раз я сама так сидела?

— Я сказала ему ужасные вещи.

— Какие? — забирает кружку из моих рук.

— Что лучше бы он умер, — закрываю глаза и кутаюсь в плед.

Во мне сидит что-то темное и злое. И если с ножом на кухне я могу оправдать себя тем, что потеряла контроль над собой и выпала из реальности, то этой ночью я была в себе.

Я хотел сделать ему больно. Я хотела сказать эти слова. Сказала, получила ожидаемую реакцию, но удовлетворения и облегчения не испытала. Сейчас мне кажется, что мое сердце полно вязкой и вонючей гнили.

— Многие говорят глупости, когда в ссорах.

— Не было ссоры, — отрешенно качаю головой

— Ваша ссора долгоиграющая.

Дина уходит и возвращается через минут пятнадцать с кружкой горячего какао.

Сует ее мне в руки.

— Хорошо, — садится рядом и шепчет, — у многих женщин проскальзывают такие мысли о мужьях.

— Неправда.

— Правда, но не все об этом вслух говорят. Мы живые люди, Уля, и не над всеми реакциями и мыслями имеем власть.

— Я думаю, что мне пора в психушку, — блекло и равнодушно отвечаю я.

— А как же Тёма?"

"— У него будешь ты, — делаю глоток горячего какао, под молочной сладостью которого раскрывается терпкая горчинка шоколада. — И куда он поехал?

— Может к Валерию и Вике? Вы же друзья, — Дина пожимает плечами. — Обычно у друзей пережидают бурю.

— Это будет глупо им звонить?

Не только глупо, но еще и жалко.