Измена. Просчиталась, но...где?

Все хорошо, — она сладко улыбнулась и подступила ближе, — просто думала, что буду жить ближе к тебе…

— Зачем? — он перехватил руки, которыми она пыталась обвить ее шею, отодвинул ее от себя и направился к выходу.

Да что ж за упырь-то такой.

— Глеб, погоди, — она бросилась за ним, — а ключи?"

"Он и правда об этом забыл. Остановился, выудил из кармана связку и небрежно бросил ее на тумбочку в прихожей.

— А документы?

— Какие?

— На покупку квартиры.

— Я ее не покупал.

— Ч…что? — она аж поперхнулась.

 — В смысле, не покупал?!

— В смысле снял. На полгода. Все оплачено. Заезжай и живи.

У нее чуть глаза от возмущения не выпали:

— Я не собираюсь жить на съемной хате! Мне своя нужна!

— Мой ответ останется прежним, нужна — купи. От меня ты больше ничего не получишь.

С этими словами он ушел, а Ольга смотрела ему вслед и от возмущения хватала воздух ртом, как рыба, которую выдернули из воды.

Глава 12

Иногда катастрофически не хватало часов в сутках. Вот например сегодня. Мне нужно было разорваться и оказаться в двух местах одновременно, а лучше в трех.

Скажем так, не самое лучшее времяпрепровождение для беременной. А что делать? Когда в свой бизнес впрягались, знали, что просто не будет, что если сами не проконтролируем, не сделаем, то никто не сделает.

Поэтому зубы сцепили и вперед.

В лавине рабочих вопросов даже как-то подстерлись наши «разногласия» в семейной жизни. Нет, я его не простила. И да, мы по-прежнему успешно работали вместе.

Наш тандем был уже проверен годами.

Один проседает — второй подхватывает. Один затупил — второй вытянул. У одного задергался глаз и кончилась батарейка — второй тут как тут. Так было во всем. Встреча с деловыми партнерами, ремонт дома, воспитание детей. Я всегда знала, что моя спина прикрыта, что если оступлюсь, то рядом надежное плечо. И сама была таким плечом для Прохорова.

Это въелось под кожу, отпечаталось на подкорке, и не могло испариться по мановению волшебной палочки. Тот случай, когда проросли, когда нитей, связывающих воедино, уже столько, что если одна обрывалась, то остальные удерживали вместе.

И что со всем этим делать дальше, я понятия не имела.

Слишком сложный вопрос. Слишком острый и болезненный.

Поэтому я пока сосредоточилась на малом — не позволить себе скатиться в депрессию и отчаяние. И работа была прекрасным помощником в этом начинании — она знатно отъедала время, не позволяя тратить его на пустые сожаления и страдания.