Измена. Расплата за (не) любовь

Покормив сыночка, аккуратно отношу его в кроватку и возвращаюсь к Наташе, пьющей на кухне чай.

Сестра держит чашку, смотрит на меня с вниманием и вдруг спрашивает:

— А как у вас с Максом? Всё наладилось?

Наливаю себе чаю, обдумывая её вопрос, и с лёгкой улыбкой отвечаю:

— Да, мы решили дать шанс нашим чувствам.

— Вот как, молодцы!

Я чувствую её взгляд на себе, но стараюсь не поднимать глаз. Наташа всегда недолюбливала Максима.

— Как ты узнала, что мы здесь? — спрашиваю, переводя разговор на более нейтральную тему.

— Позвонила твоей подруге Лене, когда поняла, что в квартире никого нет, — отвечает сестра. — Она сначала не хотела мне говорить, но потом всё-таки сдалась.

Я поджимаю губы, пытаясь скрыть улыбку.

— А у тебя самой как дела? Появился кандидат на руку и сердце?

Наташа отмахивается и тихо говорит:

— Честно? Появился, да. Но, об этом потом, — сестра хихикает, заливаясь румянцем. — Ань, прости меня… Я так виновата перед тобой за то, что когда-то свела тебя с этим чокнутым Фёдором. Только недавно поняла свою ошибку…

Я качаю головой, вспоминая тот трудный период, и обнимаю её за плечи.

— Да ладно тебе, нашла кого вспоминать, — улыбаюсь. — Кто же знал, что он окажется таким сумасшедшим?

Наташа, казалось бы, успокаивается на мгновение, но затем её лицо меняется, и она с тревогой поднимает на меня глаза.

— Ань, я пришла сказать тебе… точнее предупредить. В общем, Фёдора отпустили. Он на свободе.

Я хлопаю глазами, не сразу понимая её слов.

— Как это… отпустили? — переспрашиваю, ощущая, как внутри поднимается холодный, липкий страх.

— Ну вот так, — с сожалением отвечает Наташа. — Недостаточно оснований для задержания… Промурыжили его несколько дней для показухи и выпроводили домой.

Я сжимаю зубы, пытаясь осмыслить услышанное. Сердце гулко стучит — почему я узнаю такие новости только сейчас? Почему никто не подумал предупредить нас раньше? Я украдкой оглядываюсь, будто боюсь, что он и сейчас может стоять где-то рядом, как тень из прошлого, вернувшаяся за нами…

— Я сама узнала об этом пару дней назад.

— Да уж, приятного мало, — отзываюсь, чувствуя, как беспокойство проникает внутрь, сковывает сознание. Как ни стараюсь сохранять спокойствие, напряжение почти ощутимо жжёт в груди.

Наташа обнимает меня, а я, крепко сжимая её, борюсь с подступившей тревогой. Мы прощаемся, и, когда машина уезжает, я машу ей вслед, чувствуя лёгкую дрожь в руках.