Будто не Ромке шестнадцать, а мне. Но это и не пугало, и не остужало мой пыл.
«Я заеду?» – коротко написал в смс.
Хотелось, конечно, внезапно. Но я не решился. И это тоже так мне несвойственно. Но я уже даже немного адаптировался, понял, что с этой девушкой всё по-другому. Не так, как я привык. Да и не нужна мне была какая-то уже избитая модель поведения с другими женщинами. Да и кто они – другие женщины? Так, эпизоды, выцветшие фотографии, на которых даже лиц не различить.
«Вы вернулись?»
Я поморщился. Такая цельная девочка.
И так крепко держит оборону. Но я научу её говорить мне «ты». Это даже будет интересно.
«Да» – короче не скажешь.
– Пап, ты что, смс-ишься?
У Ромки разрыв шаблона. И глаза на пол-лица.
– Да, – твёрдо посмотрел я сыну в глаза. – Ещё вопросы?
У Ромки дёрнулся кадык. Он мотнул головой.
– Вопросов нет – прекрасно. Вылезай, мы приехали. Царица Елизавета готова упасть в обморок, лицезрея твою персону.
– Скорее, готова отходить палкой, – пробормотал сын.
– Будь вежлив, улыбайся, поговори со старушкой.
Мне надо отлучиться на час-полтора. Позже я тебя заберу.
Он снова кинул на меня взгляд из-под ресниц, но ни о чём не спросил.
Я объясню. Позже. Может быть. Нет, точно. Но хорошо, что не сейчас. Слишком много всего. А он всё же подросток, что вырос без матери с очень непростым мною.
В общем, бабуле было не до меня. Я сдал сына в её щедрые объятия, поцеловал старушку и ушёл. Вряд ли она слышала мои объяснения.
Возраст. Она сдавала. И с этим ничего нельзя поделать. Но пока она дышит и движется, я поклялся, что у неё будет всё.
Сейчас ей нужен был Ромка. Она его заполучила, хоть и каркала, что бедного ребёнка не нужно срывать с учёбы.
А пока они радовались встрече, я ехал сквозь ливень к девушке, которая, пусть и не сразу, но ответила мне: «Приезжайте».
Я прикрыл пальцем последние две буквы. «Приезжай» звучало куда лучше. Будто она меня ждала. Хотела видеть. Да, наверное, так и было, но я словно воочию видел, как она не решается набрать одно-единственное слово.
И был ей благодарен, что оно – то самое, а не отказ.
Я бы не умер, нет. Но в какой-то момент казалось – да. Или задохнусь. Если не увижу. Да плевать. Я бы всё равно приехал, даже если б она не разрешила."
"Я поднялся лифтом. Позвонил в дверь. И подумал: хочу забрать её отсюда. Навсегда. И даже испугаться этой мысли не успел – Аня открыла дверь.
Домашняя. В свитерке под горло, в штанишках. Этого я ей не покупал – точно. Я перешагнул порог и взял её ладони в свои.
