Так что встала и пошла…
— Да! — вскакивает Лида. — Я кое-что от тебя подцепила! От тебя… Я даже знаю, что именно. Могу показать! — дерзит.
Такую только в стол лицом и трусы вниз… Бесит! Заткнуть болтливый рот, но сначала лишить возможности стоять на ногах, и как бы я ей задницу нахлестал вертлявую, тонкую, но вздернутую. Сучка ее так умело подставляется под член, что другой жопы мне теперь не хочется!
— Минуту дай, и я тебе покажу!
Пихнув меня плечом, Лида залетает в ванную, а потом мчится обратно, с мусорным ведром наперевес и опрокидывает его на кровать.
Там бумажки всякие…. Мусор… Салфетки. Словом, все, что в мусорном ведре валяется. И что это за фокусы такие?! Выходки ужасные.
— Вот!
Лида вынимает из горы мусора картонную упаковку и вытряхивает на нее какой-то продолговатый предмет.
— Держи, блин! Идиот старый… Залететь можно только по молодости… Полюбуйся! — машет палочкой у меня перед носом, а потом вдруг падает на кровать, рядом с этой кучей мусора и плачет. — Я уже десять раз на эти палочки писала! Думала, вдруг ошибка?! Нет! Никакой ошибки… Я от тебя… беременность подцепила.
Стою, чудом держа прямо перед лицом палочку, на которую Лида мочилась, судя по ее словам же.
Жена моя фиктивная в слезы ударилась. Такие…. млин… как будто ее последний родитель, то есть батя, на тот свет двинул.
Горько рыдает.
А до меня доходит.
Беременность она от меня подцепила.
Беременность?!
— Ты про какую-то заразу говорила. И чтобы врач смог решить деликатную проблему… — сиплю.
— Это и есть деликатная проблема! Не переживай, это все легко можно убрать, я… — делает паузу между рыданиями, вытирая обеими ладонями слезы. — Я уже договорилась насчет аборта.
Глава 20
Лида
В нос ударил крепкий табачный дым. Присев рядом со мной на корточки, Ворон закурил, стряхивая пепел на светлый паркет."
"Закурил одну, быстро просмолил до фильтра, подкурил от первой сигаретки — вторую и продолжил дымить рядом со мной.
Выражения лица не разглядеть, но я и не хочу на него смотреть.
Едкий дым сушит глаза, я встаю и подхожу к окну, распахнув его.
— Рядом с беременными не курят, Ефим.
— А тебе какая разница? — интересуется холодно. — Ты от ребенка избавиться хочешь. Ну, потравишь ты его дымком немного. Хули, как говорится… Если все равно избавиться хочешь… Когда ты там все назначила, самостоятельная?
Почему-то мне не нравится его тон.
Спокойный, холодный.
И движения медлительные, нет разухабистости и вот этой вот… энергии кипучей.
