Онлайн-библиотека книг
– Я слизываю с пальцев соус, ловя языком его сочные капли. Замечаю, что Бессонов глядит на меня с открытым ртом, не донося вилку с кусочком рыбы до цели. Проглатываю колкость и из вежливости предлагаю: – Хочешь, дам укусить?
Неожиданно он кивает головой. И… ест меня. Глазами. Вгрызается взглядом.
– Хочу, – его кадык резко дёргается, уголок губ ползёт вверх. – Охренеть как.
Воздух комом встаёт в горле. Я нервно откашливаюсь.
И зачем только предложила? Ведь видно, что всё сожрет!
Глава 9.2
Звук отодвигаемого Бессоновым стула звучит в тишине столовой, как рёв циркулярной пилы, приближающейся к моей грудной клетке.
Сердце дёргается в конвульсивном приступе.
Сдерживаюсь, чтобы по-идиотски не швырнуть ему эту булку с котлетой. Как злой собаке. Только пусть ко мне не подходит!
– Знаешь, – наконец мои испуганные голосовые связки могут хоть что-то из себя выжать. – Я тебе весь оставлю.
Одно дело – дразнить его на расстоянии, и совсем другое – видеть, как он неумолимо идёт ко мне.
– Нет! Стой на месте, – пытаюсь за бравадой скрыть панику.
Бессонов смотрит прямо на меня. Пронизывающе. А я мечтаю шагнуть назад, но край стола уже упирается мне в ягодицы, потому остаюсь на месте.
– Не подходи и не прикасайся, – повторяю хмуро, наблюдая за его приближением.
Он берётся за спинку моего стула и убирает его в сторону, как мешающую преграду. Я гулко сглатываю.
Мгновение, и его рука обхватывает моё запястье. Держит так, словно наручник надел.
Клянусь, у меня на Бессонова аллергия! Иначе, почему так невыносимо хочется буквально счесать кожу там, где он её касается?
Игорь сокращает между нами расстояние в один шаг и одним порывистым движением притягивает меня к себе, – я грудью буквально сталкиваюсь с его торсом. Воздух выбивается из лёгких. Даже пикнуть не успеваю.
Вскидываю вверх голову, распахиваю глаза и собираюсь вырваться, но безрезультатно остаюсь на месте.
А ведь мне уже почти казалось, что даже с ним можно найти общий язык!
Мужская ладонь обвивает мою талию, и теперь я оказываюсь вынужденно прижата к крепкому, практически стальному телу, по сравнению с которым моё, на резком контрасте, ощущается слишком хрупким.
Медленно… Он склоняется, и когда между нашими лицами остаются считанные сантиметры, я зажмуриваюсь.
