Измена.ru

Голоса нет, он меня не слышит. И тогда я срываюсь с места и бегу на его поиски.

Темно. Ужас сковывает мои движения, но я упрямо продолжаю переставлять непослушные ноги.

Он стоит спиной ко мне, с прижатым к уху телефоном. Смеется, активно жестикулируя рукой, и меня не видит. Я бегу, а он становится все дальше. Запинаюсь, раня голые ступни об острые льдины. Протягиваю к нему руки, но вдруг вижу, как лед между нами идет трещиной, образуя огромный, заполненный черной водой, провал.

А Рома ничего не замечает. Со смехом откидывает волосы со лба и уходит в темноту.

Солнечные блики, отражающиеся от тонированных стекол башни «Федерация» в Сити, слепят и раздражают слизистую глаза. Опускаю на нос солнечные очки и, озираясь по сторонам, перехожу дорогу.

Картонная подставка с четырьмя стаканчиками горячего кофе оттягивает руку и неприятно сковывает плечо, а зажатая подмышкой пластиковая папка цепляется острым краем за ткань джинсовой куртки, и так и норовит выскользнуть на асфальт.

Лифт бесшумно доставляет меня на тридцать второй этаж, открывает двери и выпускает в залитый светом холл, перетекающий в сужающийся, длинный коридор.

По мере приближения я слышу, как из арендованной квартиры, которую Рома называет штабом, доносится гул возбужденных голосов и музыка.

— Привет, — бросаю в толпу.

Ответом служат пара незаинтересованных взглядов и столько же сухих кивков.

Вынимаю стаканчик кофе и ставлю на стол. Рома, закинув щиколотку одной ноги на колено другой, погружен в просмотр очевидно чего-то очень интересного.

— А мне? — требовательно спрашивает продюсер.

Вскинув взгляд, Березовский наконец-то меня замечает и жестких губ касается еле заметная улыбка.

— Тебе без кофеина, — сообщаю Роме.

— Мне шестьдесят лет и у меня плохая кардиограмма?

Арчи с сарказмом хмыкает.

— Нет, и можешь сказать мне за это «спасибо».

— Ну спасибо, — Рома отпивает, морщится и отставляет стаканчик подальше. — А нормальный кофе есть?

— Для Арчи — есть, — протягиваю продюсеру.

— Во второй половине дня пить капучино дурной тон, — раздается сзади женский голос.

Обернувшись, здороваюсь с нашим пиар-менеджером Анастасией.

— Опять не угодила, — бормочу под нос, выставляя остальные стаканчики из картона и обращаясь к присутствующим. — Угощайтесь.

Рома берет один из них, срывает крышку и, блаженно закатив глаза, выпивает сразу весь, а затем снимает с паузы видеоролик, и комната вновь заполняется звуком попсовой музыки.