Меня он вряд ли видит, и это позволяет спокойно наблюдать за ним. Спустя пару минут, он отлипает от стены и звонит кому-то, кажется, разговор не самый приятный, судя по его мимике. Интересно, с кем говорит? Кто вызывает у него такие эмоции?
Понимаю, что нет смысла гадать, и поднимаюсь в спальню.
Алексей возвращается домой поздней ночью. Открывает дверь. Чувствую, как он стоит на входе в комнату и прожигает меня взглядом. Тяжело дышит. В нос проникает перечный аромат его парфюма, от которого хочется сморщиться, но я терплю, притворяясь спящей и полностью безмятежной.
Он проходит в комнату, берёт вещи и скрывается в ванной.
Выдыхаю.
Просыпаюсь утром, когда Алексей уехал. С одной стороны, на душе наступает облегчение, с другой, я понимаю, что между нами только оттягивается серьёзный разговор. Но всё равно ему быть. После дня рождения мужа я точно ему скажу обо всем.
Наша домработница — тётя Ира всё утро пархает вокруг меня и, кажется, пытается закормить меня, пока мой живот не лопнет.
— Всё, всё, хватит вафель, в меня больше не влезет! Это, конечно, вкусно, но пожалейте мою фигуру, — смеюсь и делаю глоток живительного кофе.
— Яночка, ты такая миниатюрная, что пару лишних килограмм тебе только к лицу будут, — подмигивает и щипает меня за бочок.
— Ау! А ну, не трогать мой жирок! — защищаю родненькие бока.
— Ну, придётся тогда Глебушку кормить, раз ты отказываешься. Он с ночи, наверное, голодный.
В груди моментально начинают порхать бабочки, а к лицу приливает кровь.
— Я думала, он уехал. Вы его видели? — с нескрываемым придыханием лепечу и закусываю нижнюю губу.
— Так, конечно! Он же мне утром и открывал.
Вскакиваю со стула, хватаю тарелку с вафлями, показываю рукой тёте Ире, чтобы налила ещё кофе. Беру во вторую руку чашку и топаю на выход.
Домработница поглядывает на меня с нескрываемым любопытством, но никак не комментирует, проходит вперёд и открывает передо мной дверь.
Подхожу к домику охраны, аккуратно пинаю ногой в дверь, так как руки заняты.
Глеб выходит, я стою перед ним и улыбаюсь во все зубы.
— Привет! — выдаю шёпотом и заглядываю за его спину. — Ты один?
— Да. Дамир с Беловым уехал. Это мне? — кивает на тарелку и забирает всё из моих рук.
— Угу, тётя Ира напекла, — прохожу за ним внутрь.
— Почему ты не уехал?
Глеб тяжело вздыхает и спокойно говорит:
— Да так, думал, если Белов будет буйствовать, придётся как-то тебя спасать.
Прыскаю смехом, но в душе действительно искренне радуюсь.
