Измена. Счастье вопреки

Он серьезно?

Нервно оглядываюсь по сторонам, не заостряю внимание ни на одном из присутствующих мужчин. Только я не до конца понимаю, для чего мне с ними идти. Или просто мозг не хочет признаваться…

— Амбвыр, — непонятный набор несвязных букв слетает с моих губ. Может быть, я слишком сильно ударилась головой? В голове звенящая пустота. Поэтому просто удивленно повторяю:

— Что?"

"— Тут, кхм, такое дело, — начинает Дима, внимательно подбирая слова. — Иначе меня убьют.

Словно в подтверждение его слов, сидящий рядом верзила ударяет и так порядком избитого Диму кулаком в бок, отчего последний сгибается, а я подпрыгиваю на месте.

— Катюша, пожалуйста, — смотрит на меня полными мольбой глазами.

А что я могу в таком безвыходном положении? Мне страшно до чертиков. И, как сказал Владимир, он мне поможет, защитит… А теперь что?

Чем я смогу спасти Диму? Где гарантии, что меня не убьют? Чем им выгоден подобный обмен? Может быть они дают ему время исправить то, из-за чего он тут оказался, пока я в залоге?

Как я могу вообще верить кому-то? Особенно после предательства, как мне казалось, самого близкого человека.

— Вы отпустите Диму, если я с вами пойду? — спрашиваю безжизненным голосом, повернувшись к Владимиру.

Он прожигает меня пристальным взглядом свысока и уверенно кивает.

Сердце уходит в пятки. Даже предполагать не осмеливаюсь, как я буду расплачиваться за свободу Димы. Только если нет другого выхода…

— Да, — после непродолжительной паузы, отвечаю с отчаянием в голосе.

Внимательно смотрю прямо в глаза Владимира. Стараюсь понять по его взгляду, сказал ли он мне правду. Его поза расслабленная, взгляд настойчиво выжидательный, держится свободно и уверенно.

Только что меня ждет в дальнейшем?

Бросаю короткий взгляд на Диму через плечо. Он так легко отказался от меня, продал меня этим мерзавцам. Кто как не последние мерзавцы увозят людей вдаль от города и затем истязает?

Один из мужчин, ранее игравшего в карты, окидывает меня оценивающим взглядом и недовольно хмыкает.

А я уже готова бежать сломя голову, так как неловкое молчание сводит меня с ума. Нервно потираю локоть и обнимаю себя за плечи, стараясь защититься и отстраниться от неудобств, которые мне доставляют мужские взгляды.

— Вот и славно, на том и расходимся, — наконец прерывает неприятную давящую тишину Владимир и показывает рукой на выход.