— Это же все было по обоюдному согласию… Я же тебя не… — Она замолкла, а мне стало стыдно.
Растер руками глаза, смеясь про себя. Каков идиот. Трус! Просто трус! Так сильно боюсь посмотреть правде в глаза, и признать себя виноватым, что сейчас на бабу все пытаюсь повесить.
Тамара работает у меня уже больше двух лет. И мы никогда не общались даже особо. Пока однажды вечером я не застал случайно подчиненную в ее кабинете. Жалко хлюпающим распухшим от истерики носом.
А я просто шел мимо.
Почему не прошел? Зачем внимание тогда обратил? Начерта?
Но.
Нет. Я дернул дверь кабинета, и спросил, что случилось.
И, как это обычно бывает — несчастная девушка пол вечера рыдала мне в грудь.
Несчастная любовь. Предатель-жених. История далеко не нова.
Я пытался ее успокоить. Даже что-то про своей брак трещал. Про то, что Сашка не может зачать. Мол смотри — у всех есть проблемы.
А потом…
Затмение какое-то просто нашло. Мне было так ее жаль. Единственное чего хотелось — это чтобы она прекратила реветь.
И все случилось прямо там. На рабочем столе в ее кабинете. Я задрал ее узкую юбку и взял. Сначала спереди. Потом сзади. Как шлюху. Как девицу не обремененную какой-то моралью.
Меня чуть не вырвало, когда я обнаружил, что то же самое я пытался на днях проделать в своем кабинете. Со своей, черт, женой!
Слава богу она отказалась! А я был так испуган из-за этого пятна на рубашке, что пытался ее отвлечь всеми способами.
Как оно только там появилось?! И правда что-ли кто-то в лифте прижался? А потом еще скандал этот ночью.
Из-за чертова запаха.
И я дергаюсь каждый раз, будто и правда виноват, что люди пользуются своими духами, а смею рядом с ними стоять.
С того момента, как я позволил себе оступиться — прошел целый год. Чертов год!
И весь этот год я жил в какой-то агонии. В непомерном чувстве вины, и, кажется, до сих пор боялся признаться себе, что мой брак с самой прекрасной женщины в мире начался с банальной измены. Моей измены. В первый же месяц после того, как мы поженились…"
"Конечно, Тамара еще пыталась предпринять пару попыток.
То задерживалась на работе специально. То увязывались за мной на обед. То падала, якобы спотыкаясь. И прямиком ко мне в руки. Или вот… Как в кафе в тот черный день моей жизни — положила руку на мою. Скинул, конечно. Не сразу. Сначала опешил, не поняв, какого хрена она вдруг забыла наш уговор.
— Если не хочешь потерять работу, забудь этот вечер. Между нами ничего не было.
