Когда любимая вошла в залитое солнцем кафе, мы с дочкой пили третий по счету молочный коктейль. Я сразу заметил жену. Она притягивала взгляд всех мужчин тут.
Необычно красивая, с распущенными локонами белокурых волос и голубыми глазами — словно Ангел, зачем-то спустившийся на грешную землю. И в моей груди привычно разлилось чувство тепла.
— Мам! — Дочка помахала рукой.
Сашка обернулась, махнув волосами, и на ее губах расцвела улыбка.
— Привет, любимые, — чмокнула нашу дочку, потом меня. Притянул на миг ближе, жадно вдыхая запах волос.
Чертовски скучал. А мы всего пол дня с ней не виделись.
— Ты в порядке? — спросил, когда мы сделали заказ и расправились с обедом. Наша дочурка о чем-то без умолку болтала, переполненная школьными впечатлениями. Первоклашка теперь. Черт, меня раздувает от гордости.
Сашка дернулась, будто вынырнув из своих мыслей.
Показалось, что она хотела о чем-то сказать, а потом… Любимые губы растянулись в улыбке. И напряжение дня в миг ушло.
— Я в порядке, — задумчиво сказала она.
— Я… просто отлично. Еще никогда мне не было так хорошо.
Я вопросительно приподнял бровь, удивляясь загадочным словам любимой жены:
— Что-то случилось? — Не тая интереса, спросил.
— Нет, — непринужденно мотнула она головой и рассмеялась, заставляя бабочек в моей груди щекотать легкими крылышками. — Ничего не случилось. Но вечером тебя ждет сюрприз.
Я ждал вечера словно ребенок. Вечно Сашка что-то придумает, и заставляет меня мучиться в сладком томительном предвкушении.
Но этот сюрприз оказался самым важным из всех, что мне преподносила любимая девочка.
Ребенок. Она беременна. Я снова буду отцом!
И вновь все получилось естественно! Без ужасных искусственных процедур! Мы хотели второго ребенка, но я так переживал, что моей девочке придется проходить через ЭКО.
А вот теперь… Второй ребенок пришел в нашу жизнь тогда, когда мы были просто готовы.
— У нас будет сын! — Воскликнул я, подхватив ее на руки, и закружив по нашей спальне. — Как же я тебя обожаю, любимая!
Ее звонкий смех пронесся переливом по комнате.
— Не кричи так, — пожурила меня, — дочку разбудишь. Кто скажет ей о братике? Ты или я?
— Вместе, — запальчиво отозвался, и поставил свою девочку на пол. Но только для того, чтоб через миг повалить ее на кровать, накрыть своим телом, и осыпать миллионами поцелуев.
— Я люблю… — задыхался, — как же я тебя люблю. Больше жизни.
Она смеялась, запуская мне в волосы пальчики, и подставляла шею для поцелуев.
— И я тебя люблю, Руслан.
