Измена. Тайный наследник (СИ)

"

"— Магические нити в платье одурачили их, ты сделала все, как нужно, милая моя, я не забуду этого. Ты была великолепна! — шепчет он мне на ухо и целует меня в щеку, не заботясь о том, что на нас смотрят.

Нити? Он подверг меня такому риску понадеявшись на какие-то нити?

От страха у меня подкашиваются ноги и я хватаюсь за его плечо. Что если бы сегодня я не почувствовала наследника внутри себя? Салемса не удалось бы одурачить. Что они сделали бы со мной, что сделали бы с Каэном за ложь, которую он придумал?

Я смотрю в его горящие глаза и понимаю, что он рисковал осознанно.

Он знал, что либо получит все, либо погибнет и утащит за собой всех.

— Мой сын будет императором, — шепчет мне на ухо Каэн, — и ты будешь считаться его матерью.

Я хочу крикнуть ему в лицо, что он обезумел. Что он не понимает, что делает, что моя жизнь висела на волоске, что я чуть не умерла от страха. Я хочу крикнуть ему в лицо, что его бастарды никогда не смогут подобрать чешую императора и сделать полный оборот. Хочу сказать. что он не сможет дурачить всех вокруг бесконечно.

Как только его тайная жена родит ему сына, всем станет ясно, что магия его слаба и весь хрупкий план Каэна развалится.

Но все слова застревают у меня в горле. Я тону в горящих глазах князя не в силах произнести ни слова. Он держит меня своими мощными руками и в эту минуту я чувствую, что сознание мое мутится и все помещение заливает черными чернилами, а я сама лечу в пропасть, теряя контроль над своим телом.

— Княгине плохо, принесите воды! — слышу я громкий девичий голос, кажется это голос Лилианы, и все меркнет, скрываясь в вязкой пустоте, смешиваясь с неразборчивым гомоном десятков встревоженных голосов.

Глава 12

— Анна, — слышу я незнакомый мягкий бархатный голос и чернильная темнота вокруг меня рассредотачивается, уступая место этому голосу, — проснитесь.

Чувствую на своей щеке прикосновение холодных тонких пальцев, от которых через мгновение начинает исходить огонь, проникающий внутрь моего тела. Я ощущаю, как дракон внутри меня отзывается на этот огонь и тянется к нему, словно мотылек летит к пламени свечи.

Огонь начинает разгораться все ярче, так, что мне становится страшно за себя и за малыша. Не может же это пламя вечно нарастать. Его надо остановить!

— Пожалуйста, не надо больше, — шепчу я сквозь забытье.

— Тайдел, достаточно, — на этот раз я узнаю голос — это истинная императора, Лилиана. Пальцы тут же перестают вливать в меня огонь и в эту минуту я открываю, наконец, глаза.