Измена. Тайный наследник (СИ)

Все хорошо знают, к чему приведет нарушение этого запрета. И все пристально следят друг за другом. Если бы я мог взлететь, если бы только мог сделать это в тайне от всех, я бы выследил его, я бы нашел это место, я бы спас Анну.

Бедная, она же там совсем одна. Ей холодно, она испытывает голод и жажду. Эти фанатики не дали ей ничего с собой, не позаботились о том, чтобы она могла вернуться. Будь они все прокляты! Почему она должна страдать из за чьих-то глупых устаревших обычаев? Почему я должен их исполнять.

Я сажусь на кровать и беру подушку Анны.

— Ты не оставила мне выбора, — шепчу я, — чувствуя нарастающую боль внутри.

Я не ценил Анну, не знал, какую боль испытаю, если вдруг ее не будет рядом.

— Почему ты не дала мне наследника? — шепчу я. — Почему этот бог, в которого вы все так верите, не наградил тебя?

— Бог всегда награждает своих чад, — вдруг слышу я голос доносящийся от двери.

— Кто разрешил тебе войти, Виктор? — спрашиваю я, не поднимая головы.

— Простите, князь, но я должен был оповестить вас.

Я слышу, как он заходит в комнату, это понятно по хрусту осколков зеркала под его ногами.

Почему-то, при его появлении, весь мой гнев утихает. Мне нечего с ним делить. Разве что бога, в которого он так верит. Бога, до которого мне нет никакого дела.

"Я заглядываю в его глаза, лишенные ресниц. Его лицо привычно безобразно, испещрено шрамами от бесчисленных ожогов. Это обезображенное уродливое лицо странным образом успокаивает меня.

— О чем оповестить?

— Я ухожу, — спокойно говорит он.

— Куда?

— Я буду искать княгиню.

— Ты не можешь…

— Я не пришел просить разрешения, князь, — перебивает меня Виктор. — Мне на замену скоро явится другой служитель. Хороший человек, мой добрый знакомый и брат по монастырю. Он будет служить вам не хуже, чем я.

Я смотрю в его глаза и вижу в них отражение своей собственной тревоги за Анну.

Неужели… Неужели этому равнодушному и тихому человеку не все равно? Он ведь знает, что никогда не найдет ее. Он ведь знает, что она наверняка скоро умрет. Он ведь знает, что она не беременна драконом.

— Я все еще чувствую метку, а значит, она жива, — говорю я.

— Вы должны верить, князь. Должны верить и молиться, как никогда.