Стараюсь как можно быстрее свернуть все свои нити, которые я сосредоточила на башне, но одна из них, самым краешком задевает одну из нитей, что распространяет дракон.
Дракон тут же останавливается и устремляет огромное количество своих сверкающих нитей в ту сторону, где находимся мы.
— Что там? — нетерпеливо спрашивает Лилиана.
— Кто-то пришел. Кажется, дракон, — говорю я и открываю глаза, надеясь, что Клинк унесет ноги вовремя и не попадется на глаза дракону. — Нам нужно убираться отсюда, быстрее.
Прячу все нити так стремительно и одновременно, что у меня перехватывает дыхание.
Замираю на месте, чувствуя, как дракон пытается прощупать меня, почувствовать, что я из себя представляю.
— Кто это у нас тут, — слышу я отдаленно знакомый пожилой голос, от которого все внутри меня холодеет. Кажется, я знаю этого дракона, кажется я уже слышала этот голос в прошлой жизни.…"
"Карета уже стремительно мчится по улице, унося нас от замка. Сердце колотится так, что вот вот выпрыгнет из груди.
Но я чувствую, как нити преследуют меня, пытаясь проникнуть вглубь, остановить биение моего сердца. Пока, наконец, давление не ослабевает, постепенно исчезая по мере того, как мы все дальше уезжаем от замка.
Он не успел… Но у него почти получилось…
— Что тебя так напугало? — спрашивает Иос, когда мы уже почти приближаемся к дому и я могу выдохнуть.
— Кажется, я видела его, Зенедира Салемса. И боюсь, он узнал меня…
40
Сердце мое колотится от страха. Я осторожно выглядываю из окна кареты и смотрю в небо, страшась увидеть там крылья дракона, летящего за нами.
Темные тучи заволакивают небо. Что если он сейчас вынырнет оттуда и испепелит карету, в которой мы мчимся?
— Быстрее, Чивс, быстрее, — кричу я Чивсу, который правит каретой.
— Он нас не достанет, — говорит Лилиана и перехватывает мой взгляд. — Салемс сильный дракон, но он стар и давно не умеет перевоплощаться в истинную форму. Я знаю это точно.
Я с надеждой смотрю на нее и от сердца немного отлегает.
— Я почувствовала его, — говорю я дрожащим голосом. — В нем столько злобы, столько ненависти, я никогда такого не испытывала. Его нити такие же как мои, но как будто что-то неуловимо отличает их. Они словно бы не светятся, а забирают свет у всего вокруг. Когда он коснулся меня, мне показалось, словно это сама смерть.
Иос молча прижимает меня к себе, пытаясь успокоить.
— Все хорошо. Он нас не достанет.
— Будем надеяться, что он не понял, что это ты.
