Измена. Только ты

– Серьёзно? А он тебя любит? Смотрела фильм Он Дракон? Если драконоборец любил девушку, он за ней на остров приплывал, а где твой любимый? Несколько дней прошло!

Я опешила. Как несколько дней? Боже мои родители. Мне страшно представить что с ними.

– Мои родители…

Мой голос дрожит, а этому садисту это нравится. Сидит смотрит на меня. Наслаждаясь моей болью. Хочется всё крушить, ломать. Держусь. Этот подонок не увидит моих слёз. Никогда.

– Они в курсе что ты жива, твоему отцу же никогда не нравился Ростислав, не задумываешься почему?

У меня внутри всё сжимается.

А он откуда знает?

– Это наше личное дело, тебя оно не должно касаться!

Амир встаёт и подходит ко мне. Запах его парфюма. Такой резкий и в то же время приятный, он обволакивает, словно дурман.

Я едва сдерживаюсь, отодвигаюсь, предательские страшные слёзы.

– Отпусти меня! – шепчу я. – Пожалуйста отпусти!

Ладонь Амира мягко скользит по моей щеке. Какое-то странное ощущение, я такого никогда не испытывала, а выражение его глаз.

Он так смотрит. По телу дрожь. Странная какая то. Ещё дальше отодвигаюсь, но он не даёт.

– Ты будешь моя! – хрипло произносит он. – Цветок!

– Это и есть твой Цветок?

Дверь моей спальни открывается и я замираю. На пороге стоит удивительно красивая черноволосая девушка в длинном золотом платье до пят. В её ярко накрашенных волосах горит ненависть…

Глава 11

Я сглатываю. Красивая, очень красивая женщина. Так смотрит на него, с такой страстью. Так дико и переводит взгляд на меня, волчий, злой.

Руки в кулаки сжимает. Вот-вот, как раненая кошка готова на меня кинуться.

– Да, это и есть мой Цветок! – с вызовом произносит Амир словно закрывая меня собой. – Зарина, мы всё решили, я не люблю тебя и слияние двух капиталов это не решило! Ты обещала! Не унижайся! Иди к себе, что ты хочешь тачку новую? Феррари, Бугати? Я подгоню!

Я вздрагиваю. Ничего себе название таких машин, да мы тоже не бедствовали, жили хорошо, но ни у нас в семье, ни у Ростислава таких машин не было.

Я вздохнув поджимая ноги под себя, попыталась спрятаться в подушки и на меня упал балдахин. Прекрасно. Такой тяжёлый.

Послышались резкие слова на непонятном мне языке и грохот двери. А дальше смех. Смех Амира, интересный у него был смех, такой ни с кем не спутаешь. Он резко дёрнул, так что я едва не упала на пол, а потом обжигая меня своими карими глазами, уставился на меня. Я шумно выдохнула, хватаясь за крестик на груди.