Измена: ты больше не мой (СИ)

Мы шли по темным лесным тропинкам, недолго, но мне было страшно и зябко после пережитого потрясения, я цеплялась за Станислава, спотыкалась, казалось, о любой корешок и ветку, попадавшиеся мне под ноги. В конце концов моему боссу это надоело, и остаток пути он нес меня на руках.

Мне понравилось.

Глава двадцать четвертая

Домик встретил нас включенной гирляндой на террасе, человеком в черном, который что-то очень тихо сказал Станиславу и моим телефоном. Экран треснул, задняя крышка тоже разбилась, но он работал, я выдохнула.

Со свекровью, у которой на выходных был мой сын, мы уже списывались, но мало ли что. Я хотела всегда быть на связи.

Когда я увидела телефон, то охнула и начала вырываться, но босс меня не отпустил.

— Сиди, я подам, — шепнул, усадил меня в шезлонг, сходил за телефоном, и пока я копалась в чатах и настройках, куда-то отошел.

Всем известен этот феномен, когда ты весь день на связи и никому не нужен, но пропал с радаров на полчаса и вот уже не можешь разгрести чаты со срочностью “вчера”.

Со мной случилось то же самое и вот уже я разгребаю уйму чатов, вдобавок на одной из площадок случился форсмажор, разруливать который надо на месте. Я посидела минут десять, но Станислава нигде не было, а вокруг, казалось, никого не было. Казалось — потому что когда я попыталась уйти, из тьмы вынырнул человек в черной форме и сказал:

— Станислав Александрович просил вас его дождаться.

— Но у меня тут форсмажор, по работе! — И я попробовала прорваться в сторону сияющих огней базы.

— Пять минут, хорошо? — Мне просто преградили дорогу.

— И что потом? — я, честно говоря, и сама не горела желанием идти. Вся в слезах, с опухшим носом, коленки в траве и грязи, сзади, полагаю, ситуация не лучше. Но долг звал.

— Потом Станислав Александрович подойдет, — человек в черном был непреклонен. Пришлось остаться на террасе, но признаюсь, я вздохнула с облегчением. Не хотелось ничего решать и ни о чем думать.

Станислав действительно вскоре пришел.

— Извини, — подошел ко мне и обнял, — надо было решить вопрос с твоим уже почти не мужем.

— Только с ним? — Надо было заговорить о работе, но я никак не могла забыть неприличный жест, который мне показала любовница Виталика.

— С его, гм, пассией я позже разберусь. Она тебя больше не побеспокоит.

Я тоже его обняла и с облегченным вздохом зарылась ему в расстегнутый воротник куртки — выше не доставала.

— Так а что случилось, что ты хотела убежать?

— Да там на площадке форсмажор.