Измена. У тебя есть другая (СИ)

Он еще и обеспечивает мою безопасность и… Что-то подозревал? Ждал от Марии опасного шага?!

Смотрю на его бледное лицо:

— Какой же ты дурак! Неужели ты не мог найти себе дурочку попроще?! Просто без притязаний и такой чудовищной… жадности? Злости? У меня просто нет слов! Как можно быть такой…

У меня в кулаке зажаты его часы.

Те самые, что мы выбирали на двадцатилетие свадьбы.

Стрелки замерли в момент удара.

***

Долго находиться в палате невыносимо! Я выхожу в коридор."

"Больничный коридор пахнет спи, в нем будто оживают все старые страхи, в особенности те, которые детишек касаются.

Я помню, как впервые мы пришли в травмпункт с Андрюшей — с переломом руки после катания на велосипеде, и как лежали с бронхитом, когда Иринка свалилась с температурой под сорок.

Я сижу на жестком кресле, и вдруг слышу совсем рядом:

— Мам...

Голос Андрея, он уже взрослый мужчина, который так резко и дерзко со мной разговаривал.

— Как отец?

— Еще не пришел в себя.

Следом за Андреем подходит и Ира. И сын, и дочь — бледные, едва держатся на ногах.

— Как ты держишься, мам? — спрашивает со слезами Ирина. — Я схожу с ума от беспокойства за жизнь папы!

— Кто-то же должен оставаться спокойным, — просто отвечаю я.

Они садятся рядом, я чувствую их: колено Андрея касается моего, а Ира несмело прижалась плечом к моему и застыла, будто не решаясь на большее.

Андрей заметно нервничает:

— На кону — важная сделка. Отец просил провести ее, а я… собраться с мыслями не могу! Боюсь, провалю все... — хрипит сын.

Его пальцы впиваются в мои ладони, точь-в-точь как в четыре года, когда он боялся отпускать меня и идти самостоятельно в садик.

Потом перед глазами всплывает еще картинка: маленький Андрюшка в отцовском галстуке, серьезно заявляет: ""Я как папа!""

Теперь он сжимает кулаки, а в глазах плещется отчаяние.

— Он никогда не простит, если я провалюсь... Я не знаю, что мне делать!

— Ты справишься. Если отец доверил вести эту сделку тебе, значит, тоже считал, что ты способен на это.

Андрей посмотрел на меня с шоком, его глаза распахнулись от удивления:

— Почему? — хрипит он. — Почему ты… так добра ко мне?! Я же… Предал! Был за отца, не вникая в суть.