Даже если старшей в такой экстравагантной паре буду я.
— Холодная красота, уравновешенность, безмятежность… Этого так сейчас не хватает. Не зря тебя, Женечка, с детства называли Ледяной принцессой. Ты даже в детстве умела держаться с королевским достоинством. Моя покойная жена обожала бывать на ваших праздниках. — Пять лет назад мужчина вдовцом стал. — Когда мы возвращались домой, она начинала жужжать мне в уши, дескать, тоже доченьку хочу себе.
Их сыновья чуть старше меня. Один много лет назад уехал жить в Южную Америку, а второй — здесь, в Москве, но на приеме его нет почему-то.
— Зато у Вас есть внучка, — выуживаю из памяти образ белокурого ангелочка-подростка. — Когда мы последний раз виделись, ей было лет одиннадцать.
— Лиза обижена на меня. Я был против её поступления в медицинский, и за это она теперь назло мне начала вести разгульный образ жизни. Какие-то постоянные вечеринки, клубы…
— Что же Вы так? Стало бы на одну мою коллегу больше, — журю его слабенько.
— Мне нужен был хоть кто-то с мозгами. Кому это всё передавать, — печально обводит глазами просторный зал размером в два футбольных поля. — Что один, что второй — мечтатели. И эта туда же…
Расправив плечи и вздернув подбородок, слегка от него отстраняюсь.
— В решении запретить ребенку выбирать путь самостоятельно я Вас поддержать не могу. При желании всегда можно найти ответственных наемных топов. Семейная преемственность не гарант процветания.
— Жень, извини, — спохватывается.
— Старый дурак! Я не хотел тебя обижать.
— Да какие обиды? Здесь все вокруг знают, что я далека от финансовой сферы. И я этого не стесняюсь. Сейчас в нашей «Стратегии» почти полностью сменился управленческий аппарат, выводы делать рано, но пока что меня всё устраивает.
А если это изменится, то мне не страшно продать акции и спокойно выдохнуть.
Мы продолжаем общение, но в какой-то момент Константин Аркадьевич подбирается и вдруг произносит:
— Я уже говорил? Ты мне напоминаешь молодую Грейс Келли.
Вот это вираж.
Я едва уловимо подаюсь в его сторону и делаю вид, что принюхиваюсь к его бокалу с шампанским. Мужчина смеется.
— Комплимент засчитан, но уже не такая уж молодая.
— Это разве возраст? Уверяю, после пятидесяти откроются новые горизонты, — он по-отечески хлопает меня по руке. — Похоже, мне пора тебя отпускать, пока твой рьяный поклонник не испепелил меня взглядом.
