Измена. В ловушке лжи

Вместе завтракать, заботиться о нашем сыне. Обнимать тебя во время трудных моментов, засыпая, чувствовать твоё тепло у себя под боком. Я прошу тебя, Лера, давай попробуем ещё раз?

Я подняла голову на Егора и посмотрела прямо в любимые глаза.

Мне стоило давно честно себе признаться, что я и сама без него не могу.

И я это сделала. Просто прижалась к нему всем своим телом и крепко обняла, окончательно разрыдавшись. А Егор… он целовал меня везде, где доставали его губы: в макушку, лицо, руки, шею.

- Ну что, помирились всё-таки? – услышали мы голос от двери, и вместе повернулись на звук.

В дверях кухни стоял Слава и с надеждой смотрел на обнимающихся нас.

Егор не стал отвечать за двоих, а тоже посмотрел на меня, чтобы я приняла окончательное решение.

Я хлюпнула носом, вытерла тыльной стороной ладони лицо, которое было всё в слезах, и утвердительно кивнула головой.

- Кажется, помирились.

Слава бросился к нам, тоже встал на колени, и мы все втроём обнимались ещё какое-то время.

Вот так и воссоединилась вновь наша семья. Мы сидели на полу, разговаривали, обнимались и плакали. Мокрые, в осколках разбитого стекла, но такие счастливые, что, наверное, лучше было и не придумать.

​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​

Мы стояли с Егором за спиной Славы, который нервно сминал ладони кистей, сидя за компьютером.

- Всё, двенадцать, должны были опубликовать… – притихшим голосом сказал сын.

Полгода назад он заявил нам о своём желании выйти в своих занятиях футболом на новый уровень.

Единственное, что меня пугало, так это то, что в том случае, если его возьмут, ему придётся переехать. Для того, чтобы заниматься, пришлось бы поступить в интернат с проживанием, где мальчики тренируются, учатся и живут.

Мы уже ездили туда все вместе, там были отличные условия и перспективы, нас убедили, что мальчишки после такого количества времени, которое они проводят вместе, становятся настоящей семьей, и действительно большой процент их выпускников попадали после окончания обучения в крупные футбольные клубы, но моё материнское сердце обливалось слезами.

Мне казалось, что он всё такой же, мой маленький милый мальчик, мой сынок, и так тяжело было его отпускать в этот большой мир. Я пока слабо представляла, как он будет жить не с нами.