Измена в подарок

Горечь, оттого что я прощаюсь с этим местом навсегда. Липкий страх будущего, одиночества и разочарования в себе. Сладкая капелька теплоты, нежности и любви к прошлому. Меня ждёт новый дом, а эту дверь я закрываю.

Придумать, что делать дальше было сложно. Голова болела, как после бурной вечеринки, а таблетки нурофена остались жить с Костей. Веки отекли, а глаза, несмотря на слёзы, казались сухими. Насморк дополнял эту картину отсутствием кислорода. Это ещё можно было пережить, но мысли всё время утекали к Косте, и я не могла их остановить.

Нужно было на такси добраться до машины, без происшествий доставить её в шиномонтаж для смены резины, ведь снег никто не отменял. И самое главное — благополучно добраться до места назначения. Это самое сложное. Три часа пути без учёта пробок, два перевала — всё это на одном измученном и сонном водителе.

Решение далось мне непросто. Правду Костя говорит: не могу я справиться без посторонней помощи.

Устроившись в такси, первым делом заезжаю на работу к отчиму. Он несколько дней в неделю подрабатывает ночным сторожем в детском саду. Как всегда, рад меня видеть, но немного встревожен внезапным появлением.

— Мирочек, ты точно в порядке? — кивает на солнцезащитные очки на моём лице. В предрассветной темноте они смотрятся странно.

— Терпимо, дядь Коль, — говорю и начинаю снова плакать. Так щемяще-нежно выглядит его забота.

— Ты же скажешь, если вдруг кому нос подправить нужно?

— Конечно, — голос срывается, и я обнимаю его, прижимаясь изо всех сил.

Он пахнет крепкими сигаретами и колет щеку щетиной, совсем как в детстве. Мне наконец-то тепло и уютно. Отстраняюсь с капелькой сожаления.

— Точно решила ехать? Может, к нам с матерью?

— Нет, прости. Хочу одна побыть, проветриться.

— Добро. Машину завтра переобую и пригоню, не переживай. И позвони, как доедешь! — говорит, усаживая меня обратно в такси.

Я засыпаю, кажется, как только мы отъезжаем. Этот сон не имеет ничего общего с отдыхом. Он только мучит и вытягивает силы. Бесконечный бег в лабиринте из комнат прошлого. Я даже не вижу картинки. Только чувствую эмоции. Нежность и спокойствие сменяются яростью. Безопасность и спокойствие становятся завистью. Меня уже начинает потряхивать.